Здравствуй, ледяной принц

– Слушай, ну я же тебе говорила! Нет штампа в паспорте – не жена.

– Так давай поставим. Какая магия для этого нужна?

В полумраке синие глаза Винтера казались черными.

– Магия подачи заявления, – таинственно прошептала. – Подаешь заявление и через месяц, если не передумал, приходишь и клянешься любить меня вечно. А потом как получится. И – получаешь штамп в паспорт.

– Паспорт?

– Удостоверение личности. Только у тебя его нет, значит, и моим мужем ты стать не можешь, уж извини.

Винтер задумался.

Мне было жаль отказывать ему раз за разом, но это для него все просто, а для меня – нет. Не сейчас, когда рана в сердце еще не до конца зажила. Не сейчас, когда слова Вина кажутся мне больше бредом, чем правдой.

Винтер повернулся на другой бок и затих. Я пару минут смотрела на его пушистый затылок, потом придвинулась ближе, погладила по плечу. Спина под пальцами тут же напряглась.

– Не обижайся, – прошептала. – И не торопи события, хорошо?

– Я стараюсь.

– Я знаю.

Обняла его и затихла.

Странно, но лежать вот так, рядом, было привычно. Даже в чем-то правильно. Немного холодило запястье – наверное, эта его странная печать. Винтер задышал ровнее. Уснул. А я прислушивалась, как дом медленно погружается в тишину. Близкие редко сидели за новогодним столом до утра, развлечения продолжатся завтра. Точнее, уже сегодня, поэтому все разбрелись спать. Кто на кроватях, кто на диванах, кто на раскладушках. Хорошо все-таки, что взяла Винтера с собой. И ему это пойдет на пользу.

Рядом с ним было тепло. Вскоре я пригрелась и уснула. А проснулась от стука в дверь.

– Аленка! Винтер! Вставайте, сони! Айда на улицу!

– Ярик и Мирик, – шепнула на ухо Винтеру.

Потом поняла, что преспокойно сплю в его объятиях, и попыталась аккуратно выбраться. Не тут-то было!

– Давай полежим, – пробормотали мне в макушку.

– Алена! Мы знаем, что вы там! Сейчас дверь откроем, не застесняетесь?

Меня мигом снесло с кровати.

– Уже идем! – откликнулась, убегая в ванную.

Так, быстро принять душ, найти свитер в шкафу – не в платье же идти! Забыла захватить что-то для Винтера.

– Вин, я тебе воду оставила включенной. – Затолкала его в ванную. – Гель для душа на полочке, если сильно горячо, скажешь.

Винтер, видимо, начинал привыкать, потому что на этот раз обошлось без обледенения. Он вернулся минут через десять, уже не сонный, но взъерошенный и с мокрыми волосами.

– Нет, так ты на улицу не пойдешь! – мигом вцепилась в него.