Тайны Кипеллена. Дело о запертых кошмарах

 – я развернулась и, продолжая голосить, – да когда же он перестанет отравлять мне жизнь?!» – выскочила на улицу.

Прекрасно начавшийся день испортился окончательно, а после возвращения в лавку, Врочек ещё всыпал мне за самовольную отлучку. Доведенная до точки кипения, я с остервенением накинулась на злосчастную витрину, которую собиралась помыть ещё утром. Полный таз воды пополам с уксусом, кусок ветоши, подвернутые рукава и подоткнутая юбка – под дурное настроение уборка шла великолепно. Ожесточенно скребла толстое стекло, не то пытаясь протереть его до дыр, не то выдавить вон.

Затем пришел черед обитых выгоревшим сукном полок.

– Пыль, пыль, пошла прочь! – злобно шипела ваша покорная слуга и терла вишневое сукно одежной щеткой, но противная пыль разлеталась вокруг клубами, и витрину всё чаще сотрясал звонкий чих.

Вымыв окно, почистив полки и сменив товар, я начала спускаться из витринной ниши в лавку. Нога неуклюже скользнула по влажной деревянной ступеньке и заехала по тазу.

Он с грохотом опрокинулся на пол, а я с размаху уселась в лужу грязной воды, пропахшей пылью и уксусом. Озираясь, тоненько взвыла, словно раненная мышь, и разревелась. Стоило моим всхлипам с подвываниями огласить лавку, как рядом возникла Анисия.

– Душа моя?.. – встревожено вопросила призрак.

В ответ раздалось нечленораздельное бульканье с одновременным поминанием Врочека, Вилька и весь белый свет в придачу. Ася мигом кинулась в кабинет Франца, чтобы сей секунд выгнать его в общий зал.

Мои упоенные рыдания в грязной луже повергли хозяина в легкий шок.

– Алана? – полувопросительно осведомился он, дабы удостовериться, что в луже сидит именно его младший книгопродавец. – Резец мне в стило! Деточка, вставай немедленно, там же мокро!

Врочек кинулся меня поднимать. Я особо не сопротивлялась.

– Старый пень, – подколодной змеей шипела парящая рядом Анисия, – довёл девочку до истерики! У-у-у, злобный торговец!

– Книгопродавец!!!! – прорычал в ответ пан Франц.

 – Не причисляй меня к купеческой гильдии. Там одни мошенники и ворюги.

Старик терпеть не мог, когда его называли торговцем.

– Ты хоть под руку не лезь! Кыш, покойница!

Врочек поднял меня на ноги и усадил в кресло. Немного привел в порядок и понял, что на сегодня работник из меня уже не выйдет, вытолкал горе-помощницу домой, заявив, что прекрасно закроет лавку и без моей помощи.