Без пяти минут полдень

– У меня есть парочка сушёных сверчков, один чёрный камешек и ещё я могу соткать тебе паутину такой красоты, какой не видела кухня этого дома! – воодушевился Клай, его лапки обтирали брюшко.

– Зачем мне твои дохлые сверчки и камешек? Да и паутина мне ни к чему. Нет уж, это зерно останется здесь, – сказала Масс и закрыла дверку кладовой комнатки.

Расстроился Клай, вздохнул и ушёл в свою норку. Там он целый день думал о кофейном зёрнышке, так сильно напоминавшем ему сородича, и к вечеру паучок решился на кражу.

Когда ночью Масс покинула норку, выскочив за плинтус с целью пополнения своей коллекции чем-нибудь новеньким, Клай тихонько пробрался в её норку и отворил кладовую. Впервые он отважился что-то стащить, и оттого ему было боязливо, а лапки так и тряслись, передавая дрожь круглому тельцу.

Паучок вытолкал кофейное зерно из кладовой мыши и вкатил в свою норку. Но поразмыслив хорошенько, Клай понял, что Масс догадается о краже и в первую очередь станет искать пропажу в его доме. Ссор с соседкой паучку не хотелось, ему и так было стыдно за свой поступок, но зерно было таким красивым, оно заворожило его.

Клай вздохнув, покатил зёрнышко дальше из норы по длинному извилистому земляному ходу, через который он и другие обитатели, что жили за плинтусом, пробирались в Тихий Лес.

– Уж там-то я найду, где тебя спрятать, – размышлял Клай. – Ты не должно лежать у мыши в темной душной кладовой. Я для тебя сплету тёплую и мягкую шаль из паутины.

Ночь подходила к концу, когда паучок выкатил из-под земли кофейное зерно.

Позади домик Орентия утопал в багрово-жёлтой листве опавшей с высоченных клёнов; из трубы тоненькой струйкой тянулся сизый дымок – Зоя приступала к своим обязанностям. Вот она удивится, когда не обнаружит паутины!

Клай пыхтел и выбился из сил, но упрямство впервые в жизни так сильно овладело им, он не собирался бросать начатое на полпути. В глубине Тихого Леса была одна небольшая полянка, на которой рос старый коренастый дуб-отец, лесные жители поговаривали, что именно он был родоначальником всех деревьев, с него начался Тихий Лес.

В корнях дуба-отца имелась запасная норка Клайя, там он хранил особо важные вещи, в том числе сверчков, гладкий камушек и длинную золотистую нить, оброненную кем-то из людей. Об этой нити Клай не говорил никому, даже Масс. Ни за какие сокровища мира он не обменял бы её, почитая самым прекрасным и изящным, что есть в лесу, даже лучшим, чем его собственная полупрозрачная нить.