Ведьма и кот

Эдик становится на четвереньки, совсем как недавно Валентин, и подбирается к самому краешку опасно скользкого бережка. Тянет руку к другу и кричит, чтобы тот пытался схватить его. Валя старается, но не дотягивается. Эдик подтягивается ещё – если он сдвинется хотя бы на сантиметр, свалится в воду и ничем уже не поможет другу. Отчаяние накаляется.

– Мяу, – раздается за спиной Эдика, а затем вздох.

Эдуард Фрей не оглядывается назад, он замирает с протянутой к воде рукой, точно статуя. Но не только подобное чудо происходит с ним, всё вокруг глохнет.

Ветер, птицы, насекомые – смолкают, деревья – не шелестят листвой, вода и тонущий в ней Валентин – застывают единой скульптурной композицией.

За спиной оцепеневшего Эдика возникает черный кот, а за ним – Клара Захаровна, местная ведьма. Как обычно, в черном платье с фиолетовым платком на шее она бормочет какие-то слова, которые не разберет даже Варфоломей, её кот. Но то, что она произносит, начинает действовать: вода выпускает из своих жадных объятий Валентина Новика и тот, под действием колдовства, плавно переносится на берег, рядом с Эдиком.

Клара Захаровна смачно щёлкает пальцами, и мальчик плюхается на землю. В тот же миг время возобновляет свой ход – ветер дует, насекомые жужжат и летают, птицы щебечут, а кораблики лениво ползут по воде назад к бережку.

С Вали потоками льется вода, но он этого даже не замечает, потому что в шоке, равно как и Эдик. И не удивительно: только что один из них тонул, а другой тщетно старался его спасти и вдруг – бац! – невообразимым образом утопающий на берегу.

Лишь переведя взгляд назад, мальчишки замечают даму в черном, и всё сразу становится ясно. И страшно. Кто ж из детворы не боится ведьмы из орехового домика? А если не боится, то остерегается ей попадаться на глаза.

– Как думаешь, Варфоломей, – обращается ведьма к черному коту, который смотрит на мальчиков так, будто его всё это не касается, – мы здесь больше не нужны?

– С ними всё в порядке, – чопорно произносит кот, и взгляд его полон пренебрежения, что свойственно почти всем кошкам.

 – Можно идти домой, я проголодался.

Но этот веский аргумент остается без ответа, Клара Захаровна с интересом смотрит на застывших уже от испуга мальчишек.

– Вставайте, – велит она, наконец, поворачиваясь спиной и намереваясь идти от пруда, – и следуйте за мной. Время полдника подошло.

Ребята так загулялись, что напрочь забыли о полднике. У Вали при упоминании о нём урчит в животе.