Вихрь переправ

– А потом? Если это затянется надолго? Что тогда?

– Придумаю. Я же не один. Со мною трое помощников.

11. Потери и расставания. Новая сделка на крови

Так запросто они не могли распрощаться с ним у дома Юны, словно это было очередное расставание после дружеской встречи. Понимание разрыва, длительного и возможно бесконечно долгого – длиною в жизнь – ошарашило друзей Матфея, взбудоражило и опечалило. Они не решались отпустить его вот так. Работа начисто забылась. Да и о какой работе могла идти речь, когда близкий друг, товарищ, с которым каждого связывал не один год дружбы, покидал их, разрывая крепкий и надёжный круг, который уже не будет прочен как прежде.

Не сговариваясь, ребята условились проводить Матфея, пройтись с ним до автовокзала на Туевой площади, а там уже одарить друга крепкими и горькими объятиями – маленькими благословениями, единственным, чем они могли снабдить приятеля в дальнее странствие.

Шли молча, нужных слов не находилось, даже прислужники сохраняли безмолвие, будто в знак солидарности.

Состояние прострации и подавленности схлынуло с Матфея, когда он осознал, что бредя бок о бок с друзьями, зашёл в Айвовый тупик. Неприятное воспоминание об обезображенном мальчугане тут же ожило, а горло отдало болезненным спазмом – напоминанием о беспомощности и смертельной слабости.

– Нам сюда, – торопливо указал Матфей в сторону Шелковичного проулка. Ему как можно скорее хотелось уйти из этого места.

– Ой, Карасу, а ты как здесь оказался? – раздался удивлённый голос Эрика.

Матфей обернулся. Он так торопился убраться прочь с Айвового тупика, что опередил провожатых на добрых пять шагов. Подле Эрика Горденова сидел на задних лапах невесть откуда возникший енот. Зверёк протянул к юноше передние лапки и когда Эрик коснулся их, легонько пожав, довольно провёл ими по мордочке, будто утираясь, а затем уставился снизу вверх чёрными глазами-бусинками.

– Это твой зверь? – поинтересовался Нил, изъявивший желание погладить енота по серебристой голове, но зверёк в явном нежелании чужих ласк, тут же ловко увернулся и порекочевал от одной ноги Эрика к другой.

– Да. Карасу – мой прислужник, – подтвердил юноша, по привычке проведя ладонью по голове, приглаживая волнистые волосы.

– А вы похожи. Ты и твой енот, – широко улыбнувшись, заметил Нил. – Оба следите за своей внешностью, так и наглаживаете волоса.