Больно не будет

 – Прошло уже две недели, а ты по-прежнему сама не своя, – причитает.

Мы пьём чай у меня дома. Вернее, эта квартира принадлежит Юре, мы здесь жили вдвоём почти год, потом он уехал в Германию воссоединяться с семьей. И примерно через полтора месяца мы воссоединимся с ним. Всё закончится, от вредных воспоминаний о спецназовце Ярославе не останется и следа.

– Всё в порядке, – вздыхаю. – Нервничаю перед свадьбой.

– Боишься, что Юрка не прилетит?

Я даже вздрагиваю, потому что раньше не задумывалась о возможности такой развязки.

А потом пугаюсь, потому что чувствую укол радости прямо в сердце: вот бы так и было! Он бы не прилетел – я была бы не виновата. Свободна! Родители бы жалели меня, а не ругали, что разрушила своё счастье и их мечты о красивой старости за границей. Уже два года я сама себя обеспечиваю и привыкла отвечать за свои поступки, но иногда так хочется, чтобы всё разрешилось само собой! Без моего участия.

– Такой вариант не приходил мне в голову, – отвечаю, оттягивая воротник водолазки, словно в квартире вдруг стало душно.

– Если он так поступит с тобой, я куплю билет в Мюнхен и лично влеплю ему пару увесистых пощёчин!

Вряд ли он так со мной поступит. К моему большому сожалению. Дурацкий стресс пустил корни – мне кажется, я разлюбила Юру и могу думать только о своём герое. Выкорчевать. Сжечь. Забыть. Но лгать Наде мне не хочется:

– Спасибо, моя хорошая. Если честно… я бы, наверное, даже обрадовалась.

– О, родная, ты правда так сильно нервничаешь перед свадьбой? Оно и понятно! Столько важных событий за ней последует, в том числе переезд в другую страну.

Любая бы на твоём месте переживала.

– Наверное. Ещё я… – Наде я могу сказать. Наверное, только ей одной: – Не могу забыть того парня. Который спас меня.

– Спецназовца?

– Да. Всё время думаю о нём. Во сне его вижу.

Надя тянется ко мне, сочувствует:

– Тебе снятся кошмары?

Эм-м-м. Вообще-то нет. Если бы! Будь так, я бы с огромной радостью сменила декорации и переехала в Европу! Мне снится он один.

Скупые поцелуи, касание широких ладоней. Жар его тела, он ведь… и правда, как солнышко. Горячий и энергичный. Космический и термоядерный!

А потом он открывает рот, будто бы шины ему уже сняли, и целует меня по-взрослому. Пихает язык в мой рот. Я концентрируюсь на его вкусе и просыпаюсь, потому что не знаю его.

– Мне снится он, Надь, – сдаюсь я. – Ты бы его видела… Я, кажется, на него запала.

Подруга округляет глаза:

– Это из-за стресса, Катюх.