Почувствуй это снова

– Захар, ты как всегда пьяный или с бодуна, – беззлобно смеется Юля. Потом вновь смотрит на меня и произносит: – Матвей, мы все еще друзья? – Замирает, ожидая ответа.

Глаза голубые, бездонные, рот чуть приоткрыт. Смотрит-смотрит-смотрит.

В рот я е*ал эту дружбу.

– Конечно, – подтверждаю.

Ее глаза чуть расширяются.

Юля быстрым движением облизывает губы. Вздыхает. Оглядывается.

– Мне почему-то уже трое предложили переночевать вместе. Какие-то все охочие до любви. Поэтому от греха подальше я решила, что буду тусоваться с вами.

Ничего?

Пульс ускоряется.

Блть, кто?

Гашу вспышку гнева.

Покажи пальцем, кто такой шустрый.

Вдох-выдох. Она не моя, всё, табу.

– Мы можем прямо сейчас уехать, – предлагаю равнодушно.

По привычке говорю «мы». Юля замечает.

Наши глаза вновь встречаются, пару ударов сердца ничего не происходит.

Затем реальность прорезается криками ее одногруппников, которые гурьбой подходят к нам. Знакомимся, здороваемся. Руки жмем. Смеемся. Я отшучиваюсь много и добродушно.

Демонстрирую бухло, что мы с Захаром привезли, как взятку. Народ аплодирует. Пусть не выпендриваются, все равно им мед не перепить.

– Если домой, Мот, я пару часов отдохну, окей? – просит Захар вполголоса. – Башка реально трещит. Потом, если надумаете, то обратно рванем.

– Всё нормально, – успокаивает Юля. – Даже приятно быть в центре внимания. И мне здесь нравится. Просто хочу присмотреться.

И смотрит строго на меня. Потом на Любину сумку.

– Конечно, останемся! – восклицает Люба.

 – Здесь и правда чудесно. Я столько времени потратила, выбирая именно этот вариант! Уехать было бы жестоко по отношению ко мне.

Юля переводит взгляд на Любу. Молчит. Потом вновь смотрит на меня.

Люба стоит совсем рядом, я как-то неуклюже кладу ладонь на ее плечо. В Юлиных глазах сверкает эмоция. Сильная. Острая. Что это, боль? Очередной спицей пронзает грудную клетку. Юлины глаза становятся влажными. От мороза?

Да похер! Буду я еще гадать тут, как баба!

Руки сами тянутся.

Приобнимаю Юлю по-братски, прижимаю к себе так крепко, насколько только возможно через пухлые куртки, она теряет равновесие, ойкает и вцепляется в мой рукав. Выдаю:

– Ну пошли тогда, дружище, забивать комнаты. Не знаешь, на сколько они человек?

Она быстро чешет нос.

– Мне пофиг на сколько, но я буду спать с вами, – заявляет строго. – От вас я хотя бы понимаю, чего ждать.

– Так, это был комплимент или оскорбление? – уточняет Захар.