Веселый Роджер

Я не принимала наркотики, мне не переливали кровь. Если я получу положительный результат, то как жить-то дальше?

– Жить нужно столько, сколько отмерено.

– Я бы посмотрела, как бы ты заговорил на моем месте! – зло рявкает Вера. – Прости. Пожалуйста, прости. Я никому не могу рассказать об этом. Родителей жалко, друзья начнут шарахаться. А ты слушаешь и не убегаешь. И я же на тебя срываюсь. Просто я еще не осознала. Не смирилась, понимаешь? Как там в психологии… Период отрицания?

– Я хочу тебе кое-что сказать.

Но сначала позволь кое-что сделать.

Вик приближается и убирает прядь ее волос за ухо. Банальное, простое движение получается привычным, словно он так делает часто. Проводит кончиками пальцев по ее лицу. А потом тянется и, прежде чем она успевает сделать что-либо, целует. Прямо в губы. В ее, вероятно, зараженные губы. Вера отшатывается.

– Нельзя, – шепчет она.

– Мы больше не будем говорить об этом сегодня. И вообще говорить. Мы будем целоваться.

– Ты вообще слушал меня?!

– У меня десны здоровые, ран во рту нет.

А у тебя?

– Я не знаю, – обескураженно шепчет Вера.

– Кровью сплевываешь, когда чистишь зубы?

Она отрицательно качает головой, нахмурившись.

– Тогда расслабься.

Вик кидается на нее. Напористый, но осторожный. Мягкие горячие губы касаются ее все еще холодных, напряженных. При следующем движении его губы обхватывают ее. Она не отвечает, а он будто не обижается. Вера замирает, едва дышит, сраженная неожиданностью происходящего.

– Но… – шепчет.

Вик отрывается от нее и утыкается своим лбом в ее, дышит прерывисто:

– Чтобы заразиться через слюну, мне нужно выпить литра два-три. Обещаю, так далеко мы не зайдем. Держись за что-нибудь, Вера. Целоваться я люблю. И умею.

Вик на миг увеличивает расстояние между ними и широко улыбается, и она понимает, что это впервые с их знакомства. А потом он целует ее снова, но на этот раз Вера сдается, приоткрывает рот, и его язык тут же касается ее нижней губы. Быстрое, едва уловимое движение.

Потом еще одно. От третьего она дрожит, сосредоточившись на ощущениях, капитулируя. Его напряженные руки упираются в диван по обе стороны от нее, Вик повсюду, а она как будто в безопасности. И еще Вера не ожидала, что он так потрясающе пахнет. Его губы и язык ласкают ее рот, с каждой минутой поцелуй становится глубже, чувственнее. Он идеальный: влажный, горячий, пронзительный.

На мгновение Вик отстраняется и смотрит ей в глаза своими расширенными, блестящими.