Лисица и Единорог: Опасливый лес

Ты что, весь выпила?

– А тебе-то что? Жалко? Ну, почифирила девушка вечером. Мой чай: хочу – пью, хочу – ковёр чищу.

– Чай мне по барабану, мне тебя жалко. Сердце в ушах не стучит?

– Нет, – мотнула головой Лисица и на всякий случай скосила глаза к ушам. В них ничего не стучало, а только покачивались серьги-вишенки.

– Живот не сводит?

– Нет.

– Судорог в лапах нет?

– Не-е-ет, – осторожно ответила Лисица. От настойчивых расспросов ей стало казаться, что и в ушах вроде бы постукивает, и в животе как будто урчит, и лапы слегка сводит.

– Повезло, – вынес вердикт Единорог и уже мягче добавил: – Этот сбор очень крепкий, лекарственный, и пить его помногу нельзя. Один стакан в день, я же говорил!

– А рассказать про судороги ты, конечно, не догадался, – сердито сказала Лисица, на самом деле радуясь, что с ней всё в порядке, несмотря на принятую перед сном лошадиную дозу бог знает чего, зато очень вкусного. – Ну, всё, пропал мой рыжий мех, помираю, звери добрые!

Она картинно закатила глаза, прижала лапу ко лбу, выгнула дугой спину и повалилась на лавку.

– Угробил меня нехристь рогаты-ы-ый! – выла Лисица.

«Нехристь рогатый» усмехнулся. Актриса подбавила красок в образ умирающей:

– Я завещаю свой магазин бедным, библиотеку – неграмотным, а винный погреб – непьющим! Прощай, хвост! Ты всегда был мне верным другом, хотя у нас и были мелкие бытовые разногласия.

Лисица замолотила хвостом по лавке, что должно было означать последние судороги, закрыла глаза и высунула набок язык.

Спектакль кончился.

Единорог похлопал:

– В самодеятельности участвуешь?

Лисица приоткрыла один глаз:

– А?

– Театр у вас в лесу есть? – уточнил Единорог. – Или какая-нибудь сцена, с которой можно выставить себя идиотом перед всем лесом, с песнями и плясками?

– А зачем обязательно сцена? – обиделась Лисица за свои любимые песни и пляски. – Некоторые и без сцены, и без песен справляются.

– То есть театра нет?

– Да есть, всё у нас есть, – сказала Лисица, – просто никто туда не ходит: ни зрители, ни артисты.

Искусство поросло травой. Могу тебе показать развалины нашего Колизея. Душераздирающее зрелище. Если не помру, конечно. Что за яд ты подложил мне в чай, м-м-м? Говори! Почему от него должны были начаться судороги и прочее?

– Никакой это не яд. Это сбор для малообщительных.

– Это ты на меня намекаешь? – нахмурилась Лисица.