Неделя на проект

Дорога от дома до Центра занимала четверть часа, и возможности хоть немного наверстать упущенный сон не было, но Николай всё же прикрыл глаза, лишь бы не видеть унылый пейзаж за окном. Даже сквозь белёсый туман отчётливо проступали грязные дома коричневых и тёмно-зелёных цветов, ржавые автобусы, собирающие ранних пассажиров с остановок, и высокие вышки радаров. Изредка мимо проносились чёрные машины.

Николай мечтал о собственном автомобиле, но на такую роскошь он мог рассчитывать лишь через пару десятков лет, при достижении пятидесяти лет, если, конечно, опять не увеличат возраст для получения разрешения на владение личным имуществом.

Пока приходилось довольствоваться служебным транспортом: старой развалюхой, от которой за несколько метров несло бензином, давно устаревшим видом топлива в Столицах, но единственным доступным здесь. Но машина всяко лучше общественных автобусов, всегда забитых до отказа. В них Николай давно не ездил, предпочитая доходить до работы и дома пешком, и лишь в экстренных случаях, как сегодня, за ним отправляли машину.

Когда они подъехали к Центру – комплексу серо-зелёных зданий – Николай увидел тот самый неопознанный объект, который уже опускали в раскрытую крышу блока С13, том самом, где он работал. Поблагодарив водителя, Николай выскочил из машины и бросился ко входу. Охранник привычными движениями просканировал его, осмотрел карманы и пролистал недавние звонки и переписки в телефоне. Никаких проблем не возникло, и Николая пропустили. Тот, пробежав по коридору вдоль кабинетов, открыл неприметную дверь и оказался в святая святых блока С13.

В центре огромного зала, окружённое сотрудниками, аналитическими и охранными приборами стояло оно, напоминающее огромную компьютерную мышь из гладкого блестящего материала без единого намёка на иллюминаторы, шлюзы и двери. Объект не подавал никаких признаков жизни, и невозможно было понять, является ли он живым существом или же всего лишь транспортом для представителей неизвестной расы.

Анатолий уже стоял за металлическим ограждением и с ужасом взирал на объект.

Его явно выдернули прямо с ночного кормления сына: верхняя часть комбинезона была в белых разводах от того, что здесь, в городке, называлось «молочной смесью для детей до трёх лет». Щетина на лице и покрасневшие глаза ясно говорили, что Анатолий давно не находил времени для себя. Сам Николай выглядел не лучше.

– Ну, что? – запыхавшись, выдавил Николай, подходя к коллеге.

– Не знаем, – заикаясь, ответил Анатолий.