Дар забытой богини. Часть 2

Рядом с ним дремал келин, положив голову на передние лапы. На узкой морде зверя тоже виднелось подобие улыбки.

Наемного убийцы Леолла не заметила поблизости. О том, что он только что лежал напротив Релти, поведала выемка в черном песке.

Леоллу охватила тревога, но потревожить чуткий сон принца и его мохнатого телохранителя она не решилась. И не смогла бы. Призрачный ветер унес ее прочь.

– Релти, почему я не сказала тебе о нашей малышке? Забыла. Как затмение нашло. Или Глава прав, еще рано. Ей нужно родиться.

***

– Она снова видит нелианца во сне, говорит с ним, – седобородый ученый из лаборатории отвел усталый взгляд от экрана, на котором отображались сведения о состоянии Леоллы. – Вновь отмечены краткосрочные вспышки мозговой активности, сопряженные с колебаниями температуры тела. Я не верю, что она может установить с ним телепатический контакт на таком огромном расстоянии. Что ты скажешь?

– Исключено, – ответил ему младший помощник. – Радиус нелианского энергетического влияния ограничен.

Предполагаю, что гибрид способен изменять ее состояние, перестраивать в соответствии со своими потребностями. А сны… Вспомните вашу первую любовь. Как часто она снилась вам? Жаль мне бедняжку, – добавил юноша, вздыхая. – Она в ловушке.

Молодой ученый не пояснил, о чем именно он сожалеет – что разум Леоллы пленен кровожадным чудовищем соседней планеты или что она попала в плен к их Безымянному Главе.

Глава 5. Новость

Яркий солнечный свет разбудил Релти. Лениво потягиваясь, нелианец повернулся на спину, спрятал еще закрытые глаза от восходящей над морской гладью Мелмены в тень древесной кроны.

Расслабляющее чувство полной удовлетворенности, слегка разбавленное искорками радостного волнения. Пораженный древним родовым проклятием должен испытывать иные ощущения, гораздо более дискомфортные, не так ли? Он чувствовал себя так, словно провел ночь с Леоллой, а не бродил по острову один в безумном приступе.

“Птицы, птенцы”, – эти слова первыми возникли в пробудившемся сознании.

Почему?

Релти сначала подумал о небольших нелианских птицах, покрытых разноцветным ярким оперением вперемешку с тонкими бледными шерстинками. Они жили в верхнем ярусе леса и высоко в горах. Поймать их было непросто. Достаточно смышленые для распознавания и запоминания ловушек, невосприимчивые к энергетическому воздействию, они часто ускользали от его предков.

Затем ему вспомнился полет огромной птицы-пересвет в небе Мокрокуса.