Фантазма. Любовь без точных координат

А то ведь данкорский глупец по своей наивности хотел кого-то спасти с лайнера. Ему бы голову оторвали за эту доброту, а потом и мне, по инерции.

Понятное дело, дикарь не слышал историй о кровавых битвах насмерть, разгоравшихся за каждую спасательную капсулу на огромном космическом корабле. Еще не так давно на каждом круизном лайнере были предусмотрены спасательные капсулы для высшей элиты. Но, по иронии судьбы, те, для кого они предназначались, почти никогда до них не добирались. Средства спасения захватывали отбросы вселенной, как этот механик.

Они оказывались сильнее и проворнее политиков и магнатов. Помню я слухи о том, как погиб один известный в трех галактиках министр, убитый таким вот полудиким работником возле персональной спасательной капсулы.

А иногда телохранители вместо помощи убивали своих нанимателей ради спасения собственной жизни. Ведь она, как известно, для каждого всего дороже. В критический момент никто не станет думать о своем начальстве, только о себе любимом. Потому власти решили отменить обязательное наличие спасательных капсул на больших кораблях под предлогом избежания классовой и расовой розни.

Все равно толку от них мало. Чтобы обеспечить капсулами все двадцать тысяч пассажиров “Фантазмы”, не считая персонала, для их размещения понадобился бы сопоставимый по размеру отдельный корабль, летящий следом. Пристыкованные суда, которых осталось, насколько я помнила, не более пяти, дарили надежду на спасение тем, кто сумеет ими воспользоваться.

Да, мне было неприятно находиться рядом с тупоголовым нищебродом, а еще меньше хотелось тесного контакта.

Но пришлось сесть к нему на колени, иначе бы при слишком резком старте челнока я могла лишиться головы.

В полете челнок из-за неисправных стабилизаторов качало то влево, то вправо. Закрыв глаза, я пыталась абстрагироваться от реальности. Убеждала себя, что все происходит лишь в моем воображении. Нет, не в реальности меня держат грязные мозолистые руки. Отнюдь не на самом деле я лечу в неизвестность, уткнувшись носом в пыльную спецовку тупоголового дикаря, вытащенного каким-то чокнутым рекрутером из горячих песков данкорской пустыни.

Убаюкивая встревоженное сознание и успокаивая нервы, я почти убедила себя. что все это происходит в кошмарном сне. Еще немного, и я проснусь, все снова будет хорошо. О, космос, я, кажется, уже согласна выйти замуж за Лакшеральда, лишь бы навсегда оказаться как можно дальше от опасных для жизни передряг.