Край черных магнолий

Все движимое и недвижимое имущество принадлежит родителям, а те в большой обиде на меня за отмену свадьбы.

– Понимаю, – я утешительно улыбнулась, не теряя бдительности. – Ты говорил, что занимаешься бизнесом.

– У меня антикварный салон. Питаю особую слабость к старинным вещицам.

– Ненавижу все бэушное. От телефонов до авто. Хорошую вещь не продадут. Насчет антиквариата – я как подумаю о пропойцах, которые последнее из дома тащат барыгам… Бе-ее… Странно, что тебе это нравится.

– Я сам довольно странная личность, – Тихон разлил заварку по чашкам с изяществом гейши.

 – Как насчет чая?

– Возьми пирожное. Оно вкусное, – я положила в его тарелку “Картошку”.

Другой рукой подтянула сумку на колени.

– Покорнейше благодарю, – Тихон приложил ладонь к груди.

Левую руку. К сердцу. Защитный рефлекс?

– Шесть часов давно пробило, так что прошу меня извинить, – Тихон натянуто улыбнулся.

Меня окутали сети подозрений. Он и вправду очень странный! Иногда в его поведении как будто проскакивают старинные манеры.

Но вдруг всему виной помешанность на антикварных книгах и безделушках? А его имя… Нет, по имени не определишь сущность. Некоторым людям нравится выкапывать имена для своих отпрысков из глубин веков. К примеру, те же Ломакины назвали детей Никой, Гордеем и Платоном.

– Пару недель назад я забрал у Вадика и Славика эти штаны, и уже с трудом в них влезаю, – Тихон поерзал на стуле. – Если сейчас позволю себе пирожное, то завтра в них не втиснусь.

– Вадик и Славик – твои друзья? – я внимательно наблюдала за ним.

– Они местные модельеры, – равнодушно ответил он, – Вадик и Славик одевают волочаровское высшее общество.

Какое высшее общество в глухой аномальной дыре?!

Надежная гладкость просмоленного кола вернула мне уверенность в победе. Я ждала реакции Тихона. Он должен либо напасть, либо попытаться спастись бегством. Но его зад приклеился к стулу. Не вставая с места, подозреваемый наполнил мой бокал вином, а сам взял чашку чая.

– С новосельем! – торжественно произнес он.

Я растянула напряженную улыбку.

Мы звонко чокнулись. Я выпила вино, Тихон – чай. Я откусила краешек пирожка. Тихон сидел неподвижно и смотрел на меня как на уникальный музейный экспонат.

Вампиры пьют воду. Их вместительные, но очень нежные желудки также принимают чайную заварку. От капли молока, сока, бульона или крошки любой другой людской еды вампира немедленно вывернет.

Я не могла действовать, не определив сущность Тихона.