Житие Анастасии

"Послушал, какое я, оказывается, чудовище, – писал Миша Стасе, – аж самому стало страшно. Приснится такое среди ночи – мало не покажется".

"А статьи свои писать тебе не страшно?" – спрашивала в ответ Стася. Она, хоть и жила в Москве, а всё же читала его статьи, как, собственно, и он – её книги.

"Ну, страшновато, конечно, – был ответ. – А что делать? Работа такая".

Однако о том, чтобы сменить работу или выбрать другое издание – не оппозиционное, Миша даже не заикался. Да и Стася на эту тему не заговаривала.

Она уже по собственному опыту знала, что переубедить Мишу невозможно.

Писал он ей не только о работе, но и о личной жизни. Сколько радости было в его письме, когда Люба согласилась стать его женой! Свадьбу назначили на август.

"Приезжайте к нам вместе с Витей. Люба будет очень рада с тобой познакомиться".

Они действительно познакомились, но увы, не на свадьбе. Стасю поразило последнее письмо друга. Вроде Миша писал о бытовых делах, но какая-то тревога чувствовалась между строк.

Словно на сердце у автора была какая-то тяжесть, о которой он не сказал ни слова. В конце он ещё пожелал Стасе с Витей долгой и счастливой жизни. Как будто чувствовал, что "видятся" последний раз. А через день он был застрелен у дверей собственного дома. До свадьбы оставалось около двух недель.

На похороны в Нижний Стася приехала без Вити. Он никак не мог понять, зачем его девушка, всё бросив, мчится хоронить того, с кем в реале виделась всего два раза. Но отговорить Стасю не смог.

Там она и познакомилась с Любой, а также с Мишиной роднёй: отцом, матерью и братом Григорием.

– Стася Заречная! Мишенька столько о Вас рассказывал! – слышала она отовсюду. – Мы так хотели, чтобы Вы к нему на свадьбу приехали, а не получилось…

– Упрямый был наш Мишенька с детства! Как что-нибудь в голову вобьёт, обязательно сделает по-своему.

Да, правы его родители. Ничего порой не бывает для человека столь губительным, как его собственное упрямство.

Ну, чего его потянуло в эту журналистику? Мог бы, как и Стася, пойти в литературу и, вместо разоблачительных статей, писать исторические романы. Ведь он так хорошо рассказывал ей историю своего города, и слог у него хороший. Мог бы, как и его отец, закончить исторический и пойти преподавать. Этим же путём, кстати, пошёл Григорий, учащийся на втором курсе.

Видя своего друга в гробу, бледного, как полотно, Стася никак не могла поверить, что Миши больше нет.