Рыцарь Орлиной долины

Я попытался встать, кружилась голова, в глазах темнело. Побежавший за старейшиной орк наступил ногой мне на руку и остановился, задрожал всем телом. На лицо мне брызнула кровь. Разум уплыл в дальние дали.

Видение мысленного взора девушки расплылось розовыми пятнами. Эйлинан таинственно замолчал. Ниллин открыла глаза.

– А дальше? Что было потом? – настойчиво поинтересовалась девушка. – Мне хочется пережить твое приключение до конца.

– Мне тяжело продолжать рассказ, – вздохнул ее отец. – Я знаю, тебе будет трудно принять то, что ты услышишь.

Прошу, постарайся сделать правильный вывод, не поддавайся мимолетным чувствам. Я помолчу, так лучше, а ты смотри.

Ниллин снова погрузилась в отцовские воспоминания.

Приподнявшись, Эйлинан оцепенел от ужаса, подпитываемого чувством своего бессилия.

– Говорят, кровь эльфийского младенца слаще нектара волшебного розового цветка из жарких Пенелинских земель и нежнее утренней росы, – приговаривал лесной вампир, держа на руках спеленатую кроху и поглаживая когтем ее щеку.

 – А, очнулся, папаша, – повернув к Эйлинану желтые глаза, он слегка оскалился. – Не тянись к мечу, иначе хуже будет и тебе, и твоей малютке.

– Я… я не шевелюсь, – Эйлинан подтянул руки к коленям.

Он прежде не видел вампиров, но знал, что от подобной встречи добра не жди. Сердце испуганно притихло.

– Какой леший завел вас в проклятые земли? – вампир тоже увидел эльфа впервые на своем веку, судя по его удивленно-любопытствующему взгляду.

– Мы путь держали в славный людской город Нонтейм государства Маитимэнн, и заблудились в лесу.

– Не знаю, где это, и знать не хочу, – вампир недовольно тряхнул нечесаной темно-коричневой гривой. – Вкусняшечка моя, – он пощекотал Ниллин подбородок, и малышка радостно пискнула. – Хороша, должно быть, твоя кровь, да не судьба мне ее отведать. Зачем пробовать лакомство, которого мне после не нюхать всю жизнь, и оттого страдать, ведь лучшая добыча в моих владениях – зловонные орки… Держи свое сокровище, папаша.

Вампир помог эльфу встать и передал ему сверток с младенцем.

– Эйлинан Иллиэль от чистого сердца приносит тебе великую признательность, о неведомый благодетель, – эльф склонил голову перед существом, которое при иных обстоятельствах встречи счел бы недостойным общения.

– Я сам отец, и мне знакомы твои чувства, – признался вампир, отступив немного. – Мой несчастный сын в плену врагов, а я помочь ему не в силах.