Узник вечной свободы

– Ш-шибче, ш-шибче, – чирикала Яна,

– Тяни, ишак, не лентяйничай, – Ахтымбан хлестнул меня ивовым прутом.

Фома и Грицко наперебой отпускали злые шутки. Несколькими днями раньше я вызвал бы на дуэль любого дворянина, посмевшего отпустить в мой адрес подобную насмешку, но теперь был вынужден с рабской покорностью сносить оскорбления.

Поклажу тащить было не тяжело. Во мне притеснялось столько сил, что, казалось, я могу свернуть горный хребет. Быстро продвигаться вперед мешали кустарники и низкие ветви деревьев.

Молодые осинки одним своим видом внушали мистический ужас. Время от времени я опускался на четвереньки и проползал сквозь чащу как настоящий ослик. Путешествие скрашивала болтовня Мони. Девушка без устали описывала в мельчайших подробностях сражение с речным чудовищем.

Глава 12. Курс молодого вампира

Переселение заняло около двух недель. Все это время я исправно трудился носильщиком по ночам, а на рассвете становился рабом любви. На дневку мы как дикая стая устраивались в медвежьих берлогах, волчьих логовах или лешачьих землянках.

Спать приходилось вповалку, чуть ли не друг на друге. Чтобы не нарушить чье-либо безопасное пространство, я связывал перед сном руки и ноги прочной бечевой и внушал силой мысли запрет шевелиться во сне, даже если по мне будут ползать сотни насекомых. Особенно я нравился муравьям, уховерткам и сороконожкам. Они не прокусывали ставшую прочнее кожу, но скользящей щекоткой прерывали чудесные сны, возвращавшие меня в беззаботное время человеческой юности и устраивавшие короткие свидания с родственниками и друзьями.

Почти каждую ночь вампиры охотились на диких животных или волшебных существ. Добытый ужин делили согласно иерархии. Меня не устраивала скудная доля. Героический пример лечебных голоданий Подметкина, подражающего индийским йогам, не стал для меня источником вдохновения. Я не нуждался в оздоровительных процедурах. Но мои скромные возмущения остались без внимания старших, никто не собирался охотиться специально для меня.

Мы поселились в дремучем лесу неподалеку от большого озера. Новой “квартирой” стала вырытая лешими разветвленная нора с тесными, но сухими и теплыми “комнатами”. Чудовища в озере не водились. Мы могли спокойно плескаться в теплой воде и стирать испачканную во время охоты и последующего ужина одежду. Купание в озере недолго пробыло моим любимым занятием. Вскоре Людмила основательно взялась за мое обучение, и жизнь вновь стала испытанием на прочность нервов и сил.