Свет призрачной звезды. Часть 1

Одновременно взять под контроль сознание множества объектов – непростая задача, особенно когда их энергетическая восприимчивость максимально снижена из-за панического страха.

Эйнар подумал, что единственным решением в данной ситуации будет неравномерно распределить степень энергетического воздействия, усиленного марсианским симбионтом.

С утробным ревом, брызгая слюной, гиганты мчались прямо на него. Но вот, почти что наскочив на непонятное препятствие острыми копытами, старый самец вильнул влево и проскочил мимо нелианца.

Бежавшая следом жирная самка взяла правее. Так все стадо, кроме одного молодого самца, изменило траекторию движения и обогнуло живую преграду.

Молодой телмин остановился перед Эйнаром. Тихонько фыркая, он стукнул копытом и покорно склонил голову на толстой шее.

– Сражайся за жизнь, – Эйнар отпустил сознание зверя и зашипел, показывая клыки.

Телмин взревел, отступая для разбега, и бросился на незнакомое опасное существо, наклонив голову, чтобы поддеть хищника рогами.

Эйнар отскочил и тут же очутился на загривке молодого самца.

Зверь встряхнулся, пытаясь его сбросить. Ухватившись за средний рог, нелианец повернул шею животного, чтобы добраться до пульсирующей артерии под ухом, и прокусил ее, вырвав клок шкуры. Телмин завертелся на месте, мотая головой. Эйнар проделал то же самое с другой стороны шеи, чтобы ускорить гибель добычи. Так поступали его предки. Часть накопленного ими опыта преодолела долгие века, чтобы достаться и ему пусть даже в виде смутных отголосков…

Спрыгнув на мягкую траву, нелианец подождал, пока зверь перестанет вертеться, разбрызгивая вокруг себя кровь, и упадет набок.

Не прибегая к очистке ремаса, он облизал окровавленные губы с жадностью дикого зверя и подошел к затихающему телмину. Да, такая добыча намного приятнее и вкуснее, чем вилорья лопатка в вакуумной упаковке.

Его подсознание не понимало, что под защитой марсианского симбионта с ним не случилось бы ничего вредного для жизни и здоровья, даже если бы все стадо проскакало по нему или молодой самец поддел бы его рогами.

Дыхание перехватывало, сердце билось так часто, что нелианец приложил к груди ладонь, чтобы его успокоить собственным энергетическим воздействием. Можно было бы позволить марсианскому симбионту взять под контроль некоторые функции организма, но Эйнар не хотел терять чувство свободы.

Последний вздох вырвался из облепленных грязью ноздрей телмина. Охотник приподнял голову животного, заглянул в застывшие темные глаза.