Воин Сумрачных гор

Непрестанно шевеля кончиком длинного приплюснутого носа, он таращил на Игоря выцветшие подслеповатые глаза, испещренные красными прожилками. На его покатом лбу собралась от напряжения гармошка морщин. Огрубевшая кожа гоблина – местами темно-серая, местами зеленоватая, стерлась на ладонях до мелких розовых пятнышек. Губы огромного рта, почти упирающиеся в острие подбородка, имели нездоровый фиолетово-синий цвет.

– От всей души благодарю вас за доброту, почтенный хозяин, – изображая поклон, гоблин едва не свалился в лужу.

– Добро пожаловать к нашему очагу, – выломав из плетня длинную палку, Игорь предложил ее загадочному визитеру в качестве клюки.

– Еще более вас благодарю, – прохрипел гоблин.

Пахло от него не настолько ужасно, как ожидал Игорь. Чем-то вроде древесной стружки. Такого гостя можно пустить в дом, где нет освежителя воздуха.

Расположившись за столом, гоблин придирчиво обнюхал предложенную ему овсяную похлебку и обратился к Елене.

– Ежели милая хозяйка не погнушается добавить сюда жареных червячков, – он тихонько постучал по краю миски, – я буду готов отдать вам свой товар за половину цены, а то и за треть.

– Аленушка, я убрал банку с червями для рыбалки в подпол, – сказал Матвей. – Принеси ее и поджарь их всех в старом прогоревшем тагане.

Это было удивительное для Игоря зрелище – некогда его самая красивая и экстравагантная коллега, поджаривающая, как гренки, червей на чугунной сковородке.

– Что у тебя за товар? – поинтересовался Игорь, отслеживая путешествие червей из сковороды в похлебку гоблина.

– Волшебные камешки и целебные снадобья, – Лайлок подтянул за веревку к ногам дорожную сумку из мешковины. Покопавшись в ней, он выложил на стол тряпичный сверток и несколько прозрачных банок с разноцветной жижей. – Все самое лучшее, неповторимое, редчайшее и быстродействующее. С чего начать?

– Со снадобий, – заинтересовалась Елена. – Тут что за зелье?

Она ткнула пальцем в банку с серо-коричневым содержимым.

– О! Вы указали именно то, что наилучшим образом подходит для вас, – сладко пропел гоблин, сложив пополам розовые изнутри уши.

Он открыл банку, навернул грязь на указательный палец и поднес к лицу Елены. Жуткое зловоние распространилось по кухне, и все, кроме увлеченного рекламой продавца, защемили носы. Мыча, Елена отрицательно помахала руками.