Воин Сумрачных гор

Мама предупредила Варю, что Пелагея частенько использует магию во вред людям, но считала, что перед началом учебы в Магической Академии девушке не помешает отдохнуть от городской суеты и заодно освоить новые приемы колдовства. Пелагея клятвенно пообещала сестре не учить Варю опасным темным заклинаниям.

Деревня Бродино издавна считалась волшебной. В ближайшем лесу открывались проходы в сибирскую тайгу при помощи заговоренного оружия – меча, ножа или кинжала. Некогда этот лес называли убежищем оборотней, потом перевертыши создали свою диаспору и покинули страну.

В волшебной деревне остались колдуны и обычные люди.

Скудные знания о положении дел в человеческом мире жителям Бродино приносили заезжие торговцы – путешественники между мирами. Современные земные перебежчики сначала позаботились о том, чтобы жители деревни научились добывать электричество при помощи солнечных батарей, а затем стали втридорога продавать технические устройства, более-менее пригодные для использования в местных условиях.

Зеркальные крыши, облепленные пластинами солнечных батарей, красиво сияли в лучах солнца. Бродинцы с гордостью называли родную деревню: “Страна сверкающих крыш”.

– Не помнишь, что там стряслось в Немейростэне? – сиплый дядин бас изгнал из мыслей Вари прекрасный образ эльфийки.

– Как что? – огрызнулась тетка Пелагея, поставив на стол большую глиняную миску с куриным супом, – Неужто эльфово вино тебе размыло память?

Пелагея, невысокая полная женщина с неизменно хмурым, но довольно симпатичным лицом, давно перестала стричь волосы и закрашивать седину.

Жидкую косу она носила в тугом пучке, скрепленном ржавыми шпильками.

– Я не обязан помнить всякие бабьи сплетни, – проворчал глава семьи, черпая суп деревянной ложкой.

– Убили там вампира ушастого, знаменитого наемника, – ответила Пелагея, садясь на широкую скамью, застеленную лоскутным покрывалом. – Звали его Норей, – она запустила свою ложку в миску. – Эльфы повесили его на шпиле крепостной стены, воронам на съедение.

Внимательно слушая их разговор, Варя наловила для себя немного куриного мяса и картошки. К деревенскому обычаю есть из общей посуды она все еще относилась с некоторой брезгливостью.

– Этот Норей к тебе ходил?! – воскликнул Митрофан, утирая бороду.

– Нет, в чем для меня большая жалость. Вот если бы он сперва пришел ко мне за оберегом или гаданием, а уж потом бы его повесили. Эх, много денежек у него водилось, известное дело.