Цена твоей любви

Воруют все, нагло и открыто, а старик делает вид, что он такой безумно честный.

Я работал над этой фирмой не месяц, гораздо больше. Изучал все тонкости, выстраивая схему. Можно было, конечно, поиграть в девяностые, собрать пацанов в бронежилетах и с автоматами, устроить рейдерский захват. Но это скучно и не для меня.

Савельев любит такое, вот ему подавай сопли с кровью, разгромленные кабинеты и взорванные сейфы. Театрал хренов.

– О, смотри, какая сладкая парочка. А у вас нескучный район.

Отвлекаюсь от своих мыслей, которых последнее время слишком много. Вижу, как из черного «Мерседеса» вышел парень, открыл пассажирскую дверь и подал руку девушке.

Белое платье почти в пол казалось прозрачным, под солнечными лучами были видны все изгибы стройного девичьего тела. Длинные ноги, узкая талия, красивая грудь. Волосы, отливающие рыжиной, собраны в высокий хвост.

– О, вот это лялька. Какая хорошенькая рыжая кошечка.

Лёха заерзал на сиденье, вцепился в руль, придвинулся ближе, чтоб лучше разглядеть девушку.

Посмотрел на него, лишь сжал челюсти плотнее.

Моя соседка с губами вкуса яблок и до такой степени гладкой и прозрачной белой кожей, что страшно прикасаться. Регина, царица велосипеда и моего поцарапанного бампера. Обладательница шикарных волос, россыпи веснушек на носу и зеленых глаз.

В руках букет белых роз, парень держит ее за локоть и что-то говорит. Вот Регина вскидывает голову на свой балкон, наверное, там вездесущая бабка караулит свою куколку.

Потом, слегка поворачивается, смотрит на другие окна, это уже мои. И в завершение на машину, что скрыта под старыми липами.

– Кто такая?

– Соседка, Регина.

– Ты ей еще не занимался с ней волшебством? А, Жаров? По-соседски, так сказать. Лялька-то зачетная, может, я подкачу? Этого фраера сейчас быстро сольем.

Алексей скалится, показывая ослепительную улыбку и чуть заметные ямочки на щеках. Почти не слушаю его треп, смотрю на Регину, вот она пытается отстраниться, но парень не дает, проводит пальцами по ее лицу.

А мне это не нравится.

– Ну так что, я рискну?

– Лёша, ты вообще читал вот эти бумаги?

– Да, конечно.

– Когда сидел на толчке?

– Нет.

– Так почитай еще раз. Эта девочка – дочка нашего старика, ей недавно исполнилось восемнадцать, живет с бабушкой в этом доме.

Лёша затыкается, запал великого соблазнителя пропал.