Цена твоей любви

Сколько нужно заплатить, чтоб он меня любил?

Какая цена его любви?

Вытирает пальцами слезы с щек, теперь в его глазах нет безразличия. Какой же все-таки он разный. А потом резко притягивая впивается в мои губы болезненным поцелуем.

У меня вырастают крылья, я моментально взлетаю так высоко, что еще немного и они вспыхнут огнем как на татуировки что на спине Матвея.

Поцелуй долгий, лишающий остаток воли и последних крупиц разума. Отвечаю сама, как голодна пью его дыхание. Руки Матвея уже под мой майкой, ласкают обнаженную кожу.

Совсем недавно мне было так плохо, а теперь хорош, что хочется кричать об этом на весь мир. Я не слышу своих стонов, но мне так мало этого поцелуя. Цепляюсь за шею Матвея, он что-то говори, а я не понимаю.

Как всего за несколько дней я стала зависима от этого мужчины?

Если сейчас он не остановится, то я вновь позволю ему взять себя. И неважно, что он обнимал другую, что она красивее меня, сейчас же он со мной.

До какой же степени я в тот момент была наивна и влюблена.

Глава 12

– Где она?

– Закрылась в ванной, сидит который час, до этого была у себя в комнате, ничего не ест. Костик, объясни мне, что происходит? Вдруг она там режет вены? Подростки сейчас такие неуправляемые.

– Мама, не драматизируй, Регина, открой дверь! Слышишь меня? Открой! Кому говорю?

Папа дергает ручку с той стороны, а я, просто закутавшись в махровый халат, сижу на бортике ванны и смотрю на себя в зеркало.

Припухшие от поцелуев губы, на шее даже есть засос, заплаканные глаза. Руки трясутся, сама не знаю почему. То, что произошло в кабинете, перевернуло все мое сознание.

Оказывается, бывает и так.

Яркий, страстный, откровенный секс. Матвей зажимал мой рот ладонью, глуша крики и громкие стоны. Брал словно голодный, до сладкой боли вонзаясь глубоко в мое тело. Мой первый оргазм разорвал мир на миллион радужных осколков, таких острых, принося только удовольствие.

– Регина, открой немедленно! Иначе я выломаю дверь!

Папа не унимается, бабуля что-то тараторит рядом о подростках и суициде. Нет, я не буду резать вены и глотать таблетки, не сейчас. Когда со мной случилось такое и я полюбила как ненормальная.

Мне больно и хорошо одновременно.

Разве так бывает?

Но взгляд Матвея после нашей близости ранил больше всего.