Цена твоей любви

Безликой декорацией на этом празднике, а не той, которую он целовал так, словно был голоден, несколько дней назад.

Я была никем.

Глава 14

– О, вот и Регина, а это он, тот самый Матвей Жаров.

– Лилечка, я уже начинаю ревновать, – Алексей шутил, Лилька хихикала, а я чувствовала, как земля уходит из-под моих ног.

Снова сделала несколько глотков шампанского из бокала, не замечая, как осушила его полностью. В голове зашумело, но стало легче, алкоголь понесся по крови, врываясь в мозг, наступила пятиминутная отрешенность от происходящего.

А вкусное шампанское, надо спросить название.

Я снова смотрела не отрываясь на Матвея и его спутницу, та самая блондинка, что была у крыльца офиса, только еще ярче, красивее, словно звезда на темном небосводе. Такой нельзя не увлечься.

– Алексей, а кто та девушка с Матвеем Евгеньевичем? – Лиля задала вопрос, который вертелся у меня на языке.

– Диана Демидова, дочь очень, очень влиятельного, можно сказать, могущественного человека этого города.

– Ого, серьезный дядя. А ты сам не местный?

– Увы, нет, иначе давно бы уже пал у ног такой сладкой конфетки, как ты.

Лиля снова смеется, чувствую, как на глаза наворачиваются слезы, сквозь них уже практически ничего не видно. Музыка становится громче, играет красивая медленная композиция. Матвей проходит мимо нас, ведя свою спутницу на импровизированный танцпол, там уже несколько пар кружатся в танце.

Легкое касание пальцев, он убирает невидимые пушинки с ее ресниц, девушка улыбается.

Они танцуют, потрясающе красивая пара: сильный и уверенный мужчина, широкие плечи, идеально сидящий на них пиджак, и стройная девушка, слегка загорелая кожа, пухлые губы и абсолютно влюбленный взгляд.

Мне плохо.

Мне очень плохо.

Хочется упасть прямо здесь, начать биться в истерике, проклиная весь мир, кричать: «Почему?» и «За что?».

Но я падаю в черную бездну, на ее дне для меня приготовлен адский жаркий костер, на котором я буду гореть.

Тогда у меня еще была крупица надежды, что все может быть иначе, но я на самом деле буду гореть очень долго, когда-то сильнее, а когда-то просто тлеть углями.

Шампанское так быстро выветривается из головы, беру второй бокал, разворачиваюсь, ухожу как можно дальше от людей, на ходу выпивая его весь.

Не могу больше на это смотреть.

Не могу видеть его с ней, это скребет ржавым гвоздем по открытому сердцу.