Дань для палача

Слава, может, все-таки позвать охрану, а то вдруг я вас всех сейчас поубиваю? Что, страшно, да? Но я не буду никого убивать, слишком красивая смерть для вас, вы будете, суки ебаные, гореть в собственном аду на земле. Живьем.

С трудом, но беру себя в руки.

На самом деле ни к чему сейчас охрана и полиция, за любые нарушения закона меня могут закрыть обратно. И этот мой приезд должен быть всего лишь для разговора, но вот, не удержался. Продолжаю разглядывать молодую женщину, поднимаюсь на несколько ступеней, подхожу к ней ближе.

Даже в своих самых невероятных фантазиях я не мог представить эту встречу.

Как она отреагирует?

Что скажет?

Как будет себя вести?

Хотелось задать миллион вопросов, и самые главные из них: «почему?» и «за что?».

За что она со мной так поступила? Почему сделала это?

Почему предала и даже не объяснилась?

Минаев уже поднялся с пола, вытирает кровь с лица, трясет головой.

– Ты знаешь, что поступила плохо?

Мой тихий голос, девушка делает шаг назад, прижимаясь к стене спиной.

– Данил, я… я просто… не могла, я так была напугана… я так боялась тебя и… сейчас боюсь.

– Боишься? Правильно делаешь, меня стоит очень сильно бояться.

– Данил, отстань от нее, Марина ни в чем не виновата. Ей было трудно, я поддержал.

– Трудно? Ей было трудно? В чем тебе, сука, моя бывшая любимая девушка, было трудно? Верить в меня? Сказать правду, что все кончено, что ты меня бросаешь именно тогда, когда я нуждался в поддержке? Что мать твою из этого было трудно произнести!

Выкрикиваю слова ей в лицо, самого снова кроет от гнева и ненависти.

Смотрю на Марину и не понимаю, как мог ошибаться в ней? Как мог так слепо любить и верить этим красивым глазам? Что тогда, в то время, происходило со мной, что я как одержимый, как завороженный слепо следовал за ней?

– Я ведь любил тебя, любил как безумный, одно твое слово, и я был готов кинуть под ноги целый мир. Все что угодно, построил дом, купил кольца, я душу был готов продать дьяволу ради тебя одной.

Во рту горечь, слова даются с трудом, это каждое из них правда.

Вижу, как ее голубые глаза наполняются слезами, как соленая влага тонкими дорожками стекает по щекам, но это меня уже не трогает. Марина изменилась, даже внешне, нет той чистой красоты и невинности, что была раньше.

Отчетливо видно, что грудь стала больше на несколько размеров. Она даже не пытается прикрыться, вырез халата разошелся, видно черное кружево белья, что облегает полушария.