Двойная взлетная

– Дьявол, сука! Да где он, блять? – нервно, с матами.

Из меня убирают пальцы, но спереди все равно кареглазый продолжает растирать клитор. Стоять на высоких каблуках трудно, часто дышу, мышцы напряжены.

– Такая красивая, когда хочешь, точно не проститутка, я в этом уверен.

Снова целует, а в меня входят сзади.

Вскрикиваю, сильнее прижимают к груди, сжимая пальцами ткань рубашки. Член большой, он растягивает, медленно проникая глубже, я, кажется, перестаю дышать.

– Ну что, детка, полетаем?

Резкий толчок, входит весь, задевая заднюю стенку влагалища, прогибая мне спину, мужчина спереди уже не держит меня, отходит, а я упираюсь руками в спинку дивана перед собой.

Алкоголь выветривается моментально, сердце гоняет по венам чистый адреналин. Мне хорошо, как не было хорошо, наверное, сто лет. Цепляюсь до белых костяшек в кожаную обивку, кричу так, что закладывает уши. Я на члене мужа так никогда не кричала.

Он заполняет меня, насаживает на себя, имея глубоко, резко. Шлепок по ягодицам, еще, еще.

– Посмотри на меня, детка, посмотри.

Прямо передо мной кареглазый Артём, приспустив брюки, он наяривает свой стояк, головка блестит от смазки, бордовая, крупная. Инстинктивно облизываю губы, не знаю, сколько времени это все продолжается, но оргазм так быстро и с такой невероятной скоростью накатывает на изнутри.

Напрягаюсь, слышу сзади хрипы мужчины, который до боли сжимает мои бедра, вонзается еще глубже, натягивая меня на свой пульсирующий член.

Я кончаю на нем, содрогаясь всем телом, меня колотит, удовольствие болезненно острое, что хочется плакать, такого не было никогда.

– Чшшшш… тихо, девочка, тихо, иди ко мне.

Ноги совсем не ходят, кажется, сейчас он выйдет из меня, отпустит, и я рухну на пол. Но сильные руки подхватываю руки, мужчина садится на диван, усаживая меня сверху. Он ловит яркий квадратик фольги, надрывает его, смотрю вниз, наблюдая за тем, как он ловко раскатывает тонкий латекс презерватива по своему члену.

– Думал, залью спермой весь пол, пока смотрел, как Игорь тебя трахал.

Он проводит пальцами по моему раскрытому лону.

– Текла и стонала, словно тебя не трахали вечность. Голодная девочка, да? Голодная? Или ты всегда такая?

Так и есть, меня не трахали вечность и один день. А точнее, так меня не трахали никогда.

Он ласкает, а я тянусь к его губам, целую, веду бедрами, увеличивая трение.