Хозяин

Это что, значит, он сейчас уйдет? И я останусь ни с чем? А Захир просто высмеет меня, а в худшем случае втопчет в землю. И все мои мучения, все душевные терзания и ломка зря?

– Нет, постойте, – сказала слишком громко, даже сама испугавшись своего голоса.

Быстро снимаю спортивный топ, грудь покрывается мурашками, соски твердеют, тяну руку, но она застывает на месте. Теперь мужчина смотрит иначе, сжимает челюсти, играя желваками на скулах.

Он медленно убирает четки в задний карман джинсов, расстегивая ремень и ширинку, спуская джинсы вниз:

– Ну, давай, останови меня.

Склоняет голову, во взгляде налет презрения и лишь немного любопытства. У него наверняка может быть любая женщина, и бесплатно, а может, даже есть жена и дети. И точно нет недостатка в сексе.

Сглатываю несуществующую слюну, смотрю в пах, не понимая, что делать дальше. Нет, я знаю, что обычно делают в таком случае… но, черт, как же тяжело.

– Надо взять его в рот как можно глубже и сосать. Не томи, у меня нет времени торчать в этой дыре.

И не заставляй говорить Захиру, что хреновый подарок.

Тяну руку, касаясь пальцами слегка эрегированного полового органа, как под гипнозом не могу отвести от него взгляд.

– Я… я не делала этого раньше никогда.

– Сделай сейчас, а если мне понравится, я заплачу тебе лично.

Глава 8

– Лианочка, деточка, помоги, пожалуйста. Господи, думала, руки отвалятся, сил моих нет тащить с самого рынка эти проклятущие сумки.

– Да, тетя Люба, конечно.

– Некому помочь, а ведь двоих детей рожала и мучилась.

Так нет у них ни стыда ни совести. Лешка все ковыряется со своей машиной, она денег жрет больше, чем от нее толк, ну хоть пристроен, работает в гараже у мэра нашего, а Оксанка моя в город умотала, чем занимается, один бог знает.

Тетя Люба тяжело дышит, лицо у нее круглое, красное, на лбу испарина. Сарафан прилип к груди, она обмахивается огромным носовым платком, а меня трясет от холода.

– А ты чего такая, случилось что? Отец все пьет, паразит? Вот же скотина, и неймется ему столько лет, ой чует мое сердце, приберет его к себе твоя мамка, ой приберет.

– Так чего все еще не прибрала?

Держу в двух руках тяжелые сумки, так хоть стою на ногах, и меня не качает по сторонам, как пьяную. Да, вопрос странный, мне сейчас не до молчаливого согласия с соседкой.

– Видно, судьба такая, Тимофей нужен на этом свете. Он еще не выполнил свое предназначение. Должен сам понять, что ему о тебе заботиться надо, а не горькую заливать.