Обрыв

Не видел и не замечал ничего вокруг себя, только Верино бледное лицо. Так и сидел с ней прямо на улице, звал, слегка тряс ее. Она сопротивлялась, слезы бежали по щекам. Мне было страшно, реально страшно, что с ней может что-то случиться, так остро кольнуло сердце. Страх, мой страх потерять её здесь и сейчас.

Она очнулась, не понимая, что происходит, потом так крепко обняла, и, наверное, именно в этот момент я пропал. Нёс босиком по снегу в домик охраны, гаркнул на всех, чтобы не заходили. В горячий душ, чтобы она согрелась, а потом меня уже нельзя было остановить, её тонкие пальцы на моих губах, такой невесомый поцелуй, и мы падаем с обрыва в пропасть.

Не знаю, что было потом, как дать название тому безумию, что происходило. Кому расскажи – не поверят, что за мои почти сорок лет такого секса у меня не было, мы даже не предохранялись, хотя это было основным пунктом всегда. Вера своими стонами срывала все преграды и нарушала правила.

После оргазма, от которого гудело в ушах и не держали ноги, плавно выхожу из нее.

Разворачиваю, двигаю снова в сторону душа, стоим так под струями воды, молча, открываю кабину, вокруг клубы пара, нахожу большой банный халат, укутываю в него Веру.

– Иди в комнату, я сейчас, – подталкиваю Веру к выходу.

Сам быстро вытираюсь, спускаюсь на первый этаж, из шкафа беру бутылку коньяка, два бокала. Вера сидит на кровати, с мокрых волос вода стекает на халат. Наливаю в бокал спиртное, подношу к её губам, она пытается сопротивляться, но я заставляю сделать пару глотков.

– Это чтобы не простыть, ты же понимаешь?

Сажусь на другой край кровати, пью прямо из бутылки, коньяк обжигает горло, делаю еще несколько глотков, пока в груди не разливается тепло. Поворачиваюсь к Вере, а она уже спит, привалившись к спинке кровати.

Аккуратно поднимаю, чтобы уложить под одеяло, сам устраиваюсь рядом, чтобы только посмотреть на неё спящую. Лицо спокойное, ресницы слегка подрагивают, полные, так жадно мной зацелованные губы приоткрыты.

Смотрю, и мне хочется прикоснуться к ним, но не решаюсь. Двигаюсь чуть ближе, только прикрываю глаза и проваливаюсь в сон.

Просыпаюсь от того, что меня кто-то трясет.

– Егор, проснись, – Вера настойчиво меня будит, трогая за плечо.

– Да, что случилось? – не могу сообразить, где я и что рядом делает Вера.

– Там, внизу, Глеб, я спускалась, чтобы попить, он хочет поговорить. Я, конечно, сказала, что ты спишь, но, видимо, что-то срочное.