По краю мечты

Из-за вонючей псины стал на колени? Похоже, жизнь-то у тебя паршивая, а? Сзади раздался дружный хохот.

Двейн стоял на коленях с закрытыми глазами и молчал, тяжело дыша.

– Ну что молчишь, дурында? Сегодня точно мой день, такое представление, да ещё и даром.

Вей медленно открыл глаза.

– Во глазищи, так и зыркают. Чего пялишься? Понял теперь, что ты такое же дерьмо, как и все мы тут? Ты такой же, как и мы, а ходишь, задрав нос. Раз объявился здесь, значит и жить будешь по нашим законам, – пацан разошёлся, чувствуя, как за спиной его слушает притихшая шайка.

И почувствовав свой звёздный час, он заорал, – Нет, на колени – это мало, давай, ползи сюда, попроси, может и отдам тебе этот блохастый мешок, – и с силой тряхнул щенка, от чего тот жалобно заскулил.

Вей дёрнулся, а пацан отступил назад. Парень смотрел ему прямо в глаза, сжимая кулаки, а потом начал медленно подниматься из топкой трясины.

– Вот упёртый, опусти глазищи-то, – пацан, злобно скрипнув зубами, выкрикнул, – Ну тогда смотри, тварь, – и с силой швырнул собаку, ударив о ближайшую стену.

Щенок громко взвизгнул и затих. Двейн зарычал, в два прыжка преодолел расстояние между ними и схватив пацана за шею, поднял его над землёй и начал душить. Губы Двейна побелели, а глаза горели ненавистью. Пацан хрипел, закатив глаза, а Двейн не отпускал свою смертельную хватку. На помощь своему вожаку никто не спешил, бродяжки кинулись в рассыпную. Зеваки тут же потеряли всякий интерес к происходящему, драки были здесь обычным делом, и стоять из-за них под дождём никто не хотел.

Вей тряс паршивца в железной хватке, а тот уже начал синеть. И тут, на руке парня кто-то повис. Не устояв на скользкой грязи, он осел вниз, но захват не ослабил. Переведя безумный взгляд, он увидел, что на его руке зачем-то повисла толи девушка, толи девочка. Он ошалело глядел на неё, ничего уже не соображая. А она смотрела на него огромными, полными ужаса голубыми глазищами, и не моргая шептала:

– Не надо, слышите, не надо. Он не стоит этого.

Вы же убьёте его… Я прошу, не надо, не берите грех на душу. Я умоляю, остановитесь, – она плакала и смотрела ему прямо в глаза.

И… Двейн разжал руку. Пацан захрипел и упал в грязь. Девушка всё ещё висела у Двейна на руке, не отводя взгляд. Парень сбросил её с себя и тяжело поднялся на ноги. Его бил озноб, дыхание сбилось, и он ошарашенно оглядывался по сторонам, смотря на всех безумным взглядом. Так он стоял несколько минут, тяжело дыша и пытаясь прийти в себя.