Одна любовь. Двойная месть

Толчки не резкие, но глубокие. По вискам Влада стекает пот, мышцы выворачивает.

– Дьявол, сейчас спущу.

Так продолжается какое-то время, Герман смотрит, как Соболь имеет их девочку, как колышется ее грудь, натирает свой стояк, словно и не кончал только что в нее. Разве они могут ее отпустить? Да никогда! Поднимается, не выдерживает, припадает к ее груди. А Полина срывается в свой второй оргазм.

Это что-то фантастическое, чувствовать губы Германа на своих сосках, а кончающий член Влада в своей изголодавшейся плоти.

И снова теперь уже Герман натирает ее клитор, такой чувствительный, словно оголенный провод. Не понимает, почему мокрые щеки, а Герман целует ее, запрокинув голову и слегка сдавив челюсть. Снова клеймит этим поцелуем, так, что выбора просто нет.

– Чшшш, девочка….все хорошо…чшшш, милая. Мы не можем тебя отпустить. Никак не можем. Видишь, как ты нужна нам.

Глава 7

Силы покинули ее почти сразу, Герман что-то еще говорил, но Полина слышала все слова сквозь накрывающую пелену усталости.

Она так вымоталась, эмоционально и физически, все эти волнения и сомнения, ее сопротивление принятым решениям мужчин. А потом секс, безумный, желанный, такой нежный и в тоже время страстный.

Она чувствовала, как Влад вышел из нее, а на белье закапало его семя, смешанное со спермой Германа. Это так порочно, когда двое мужчин кончили в тебя друг за другом, а при этом девушка носит их ребенка. Словно другая реальность, абсолютно незнакомая ей. Ноги не держали, ее уложили на бок, движения, голоса, касания.

Откуда в этих суровых и жестких мужчинах столько заботы? Может быть, именно она так влияет на них?

Запах Германа, его грудь, Полина утыкается в плечо, сзади Влад, от него так жарко, что не надо одеяла. Но ее все равно накрывают, Влад убирает волосы, целует, чуть прикусывая мочку уха губами.

– Наша охуительная девочка, только наша Полинка.

Девушка улыбается, Герман смотрит неотрывно, она чувствует это, его рука поглаживает живот, к ней присоединяется рука Влада.

Это невероятно трогательно, когда двое сильных мужчин оберегают ее с двух сторон и нежно накрывают беременный животик.

Кто сказал, что это неправильно? Кто сказал, что ее любовь к ним неправильная? Любовь? Их нельзя не любить, эта любовь смешана с сомнениями, страхами, обидой, но все равно любовь. Иначе быть не может, только от любви мог начаться их сын, после предательства первой любви и совершенной ошибки.

– Уснула.