Недотрога и Банкир

Его губы изгибаются в улыбке.

Мое сердце стучит сильнее.

Машина останавливается во дворе элитных многоэтажек. Прикидываю, насколько это далеко это от ближайшей станции метро.

Платный паркинг забит автомобилями дорогих марок. Интересно, тут люди вообще пользуются общественным транспортом? Что-то я уже сомневаюсь.

Первым из машины выходит Белецкий. Я продолжаю сидеть. Вдруг меня сейчас водитель домой отвезет?

Но нет. Водитель тоже выходит из машины.

Я выдыхаю. Рукой все же нащупываю телефон. Времени еще хватает.

Успею на метро.

Вот только дверца с моей стороны открывается. Прохладный воздух окутывает меня.

Вижу мужскую руку перед собой. Да, меня никто никуда не отпустит. Я в ловушке. Белецкий привез меня к себе домой.

Принимаю руку и выхожу наружу. Как в тумане иду за мужчиной. Хоть бы слово сказала.

– Хорошая погодка, – голос дрожит.

И тут же прикусываю язык.

Надо бы сказать, что мне пора домой. Выдумать что-то. Мне страшно. Я не знаю, чего ожидать от этого мужчины.

Но вряд ли он сделает со мной что-то непоправимое. Не убьет ведь за пролитый суп?

– Чудесная, – отвечает Белецкий.

Мы проходим мимо консьержа. Дверь в дом открыл Игорь магнитным ключом.

Лифт. Последний этаж. У него пентхаус. Голова кружится от стоимости подобной квартиры.

Только входим в квартиру, куда Белецкий пропускает меня первой, как он тут же берет меня за руку. Притягивает меня к себе.

Без слов, его губы опускаются на мои. И вопреки всей логике – я отвечаю на поцелуй.

Это не идет ни в какое сравнение с теми поцелуями, которые у меня были раньше. Губы Белецкого сминают мои. Жестко и властно. Он прижимает меня к стене и наваливается всем телом. Чувствую его возбуждение, упирающееся мне в живот.

Куртка слетает на пол. Обе наши куртки. Его руки скользят по моему телу. Жадно мнут грудь. Спускаются ниже, задирают свитер. Пальцы проводит по чувствительной коже, вынуждая меня втянуть живот. А потом ныряют за пояс джинсов.

Я судорожно выдыхаю.

Страх заставляет оцепенеть.

Белецкий ничего не замечает, продолжая меня целовать. Его пальцы воюют с застежкой моего ремня.

Сама не понимаю, почему не останавливаю его, почему не отталкиваю.

– А ты горячая, – шепчет Белецкий, на секунду отвлекаясь от моих губ.

Я могу только кивнуть.

– Мне понравилось, как ты передо мной на коленях стояла, – слышу хриплый шепот. – Давай повторим в моей спальне. Только ты будешь голой…

Щеки заливаются краской.