Недотрога и Банкир

– Ты играешь со мной? Или как?

– Нет…

Мое сердце ускоряет биение. Мысли вылетают из головы.

– Если уж обнимаешь, то иди до конца. Или думаешь, что я поведусь на это? – спрашивает он.

– На что? – переспрашиваю с испугом.

– То суп выливаешь, то обнимаешь. Что дальше? Под колеса моей тачки начнешь кидаться?

Я хлопаю ресницами. На глаза наворачиваются слезы. Значит, вот как он обо мне думает? Что я все это специально делаю, чтобы привлечь его внимание?

– Вы все неправильно поняли, – выдавливаю из себя.

 – Если б я хотела привлечь ваше внимание, то вчера позволила бы зайти дальше.

Миг – и глаза Белецкого темнеют. Он вновь осматривает меня с ног до головы. Медленно и тягуче. Будто раздевает.

– Цену набиваешь? – спрашивает с усмешкой.

А я молчу. Мне совсем не нравится его вывод.

– Нет, – отвечаю, упорно глядя в сторону.

А сама с обидой кусаю губы. Даже слов не могу найти, чтобы высказать свои мысли.

– Все. Хватит, – Белецкий резко отстраняется от меня. – Если не хочешь проблем – не играй со взрослыми дядями.

В следующий раз я не буду таким добрым.

Хочу спросить, что он имеет в виду, но тут в випку заходит Виталик. Едва успеваю отпрянуть от Игоря. Белецкий садится как ни в чем не бывало. А я, покраснев до ушей, выскакиваю оттуда.

– Еще раз извините!

Виталик провожает меня удивленным взглядом.

Неужели что-то заметил?

Лицо пылает. Хочется провалиться сквозь землю.

Ноги несут меня куда подальше.

Что я только что делала? Зачем полезла к нему обниматься? Тело все еще чувствует его властные прикосновения.

Кончики пальцев зудят, словно я все еще перебираю волосы Игоря.

Сама от себя такого не ожидала. Взяла и обняла клиента. Так нельзя! Вообще никогда и ни за что. Но уже не вернешь сделанного. Я обнималась Белецким!

Чуть не сталкиваюсь с другой официанткой. Она фыркает мне вслед.

А я несусь дальше. Радует, что еще могу сдержать слезы. Стыдно за свою слабость и в то же время безумно обидно, что Игорь так обо мне подумал.

До конца смены еще целый час.

Заставляю себя вернуться к работе. Обслуживаю клиентов как робот, с приклеенной на губах улыбкой.

Иначе нельзя. Клиент не должен знать, если у тебя что-то болит, кто-то умер или просто нет настроения. Он пришел получить услугу – и мы должны обслужить. Все личное – в нерабочее время. Так требует корпоративная этика.

Наконец, иду в раздевалку. Первым делом хватаюсь за телефон. В зале везде камеры, официантам нельзя стоять с телефоном.