Отец (не) моего ребенка

Не веря своим глазам, смотрю на клиента:

– Кажется… здесь ошибка…

Я же нарочно проверяла! Суррогатное материнство стоит примерно двадцать тысяч евро, а в договоре написана сумма в два раза больше!

– Никакой ошибки, – бесстрастно произносит мужчина. – Это надбавка за молчание. Сейчас вы подпишите не только договор на суррогатное материнство, но и соглашение о неразглашении. Все, что вы увидите или услышите в моем доме, должно там и остаться.

От его голоса у меня по спине мурашки бегут.

Нет, он не угрожает.

Кто же этот незнакомец?

Вокруг него витает такая аура силы и власти, что мне даже дышать тяжело.

Сглатываю горький комок.

– Я… мне нужно о чем-то знать? – голос немного дрожит.

– Например? – он усмехается.

– Вы… вы же не собираетесь отправить будущего ребенка на органы? – озвучиваю бредовую мысль, которая пришла мне в голову.

Мужчина явно удивлен. Минуту он смотрит на меня с немым изумлением, потом начинает смеяться.

– Поверьте, – говорит, отсмеявшись, – нужные органы можно достать гораздо дешевле!

Мне хочется сгореть со стыда.

– Так, вот дополнение, – Анна передает нам еще несколько бумаг. – Процедура ЭКО может занять время. Начнем на следующей неделе, как раз у Катерины будет время подготовиться.

– А если без ЭКО? – внезапно говорит клиент. Его глаза впиваются в меня. – Похоже, девушке очень нужны деньги, раз она пошла на такое. Ну как, согласны за отдельную плату?

– На что согласна? – непонимающе хмурюсь.

– Оплодотвориться естественным путем.

– Прошу прощения, но… – встревает Анна.

Он жестом приказывает ей замолчать.

– Пусть девушка сама решит, – звучит вкрадчивый голос.

Хищные губы мужчины раздвигает усмешка. Он чувствует себя хозяином жизни, а я всего лишь грязь у него на подошве.

Мои руки сами сжимаются в кулаки. Так же нельзя! Меня предупредили, что только ЭКО. Без постели. А он, гад просто!

Так, спокойно.

– Если эта плата будет авансом, – вздергиваю подбородок.

Взгляд незнакомца темнеет.

– И во сколько вы оцениваете свои услуги? – говорит он тягучим, насмешливым тоном.

– Пятнадцать тысяч евро! – чеканю, глядя в его глаза.

Это цена Ильюшиной операции и месяца пребывания в клинике. Через год понадобится повторная. Но к тому времени я рожу и получу свои деньги.