Сказка о городе Горечанске

У меня, вишь, нога-то не своя – деревянная. Это еще отец мой, светлой памяти, из ясеня смастерил, когда я, девчонкой, в мялку попала. Ну не совсем девчонкой, конечно, семнадцать-то годов уж сравнялось. Красивая была – страсть! Замуж даже уж собиралась, кхе-кхе. Жених уже был, да. А тут как раз это… с ногой моей приключилось. Ну кто ж меня такую замуж возьмет? Мужику-то на хозяйство работница небось нужна. А с моей-то ногой, точней без ноги, немного по хозяйству натопчешься. Вот и кукую с тех пор тута в стрелочницах.

Мно-ого годов уж сижу! Такого понавидалась – не приведи бог! Больше меня-то про здешние места, поди, и не знает никто. Ты, девка, не торопись, ты слушай лучше, что я скажу. Да на ус мотай, глядишь, пригодится. Раз уж ты в наших местах жить собралась, то тебе перво-наперво надо знать…

Тут в дверь неожиданно постучали. Громко, уверенно. Совсем не так, как давеча Аня.

– Ктой-то? – всполошилась старушка. – Ох и что ж это за день такой колготной! То неделями никого, а то сразу по двое ходют.

– Бабушка Яга, откройте, пожалуйста! – крикнул со двора ломкий мальчишеский басок. – Это я, Костя! Меня мама к вам за хлебушком послала. А то у нас в сельпо совсем кончился. Абитуриенты как с утра понаехали, так все и раскупили. Нам-то что, а отец ведь без хлеба и за стол не сядет. Вы уж выручите, пожалуйста.

– Костя! Вот кстати! – обрадовалась Яга, вынимая из печи теплый еще каравай и резво, несмотря на деревянную ногу, подскакивая к дверям. – На ловца, стало быть, и зверь бежит! Вот Костя-то тебя и проводит.

Он как раз в Учгородке и живет!

И, уже открывая дверь, крикнула кому-то, невидимому для Ани:

– Здравствуй, сынок! На вот тебе хлеб, держи! Свеженький, только что из печки. Да погоди еще, не скачи. Тут вот надо девочку одну проводить. Из ваших абитурьентов. Нездешняя она, дороги не знает. Из самой Москвы учиться приехала. Ты уж доведи ее до Учгородка, сделай милость. А то не ровен час вдруг чего.

Со двора что-то недовольно пробурчали.

Аня, понимая так, что гость спешит и оттого не заходит в дом, встала из-за стола и потянулась за рюкзаком.

За ней вскочил Бумс, высунул нос за дверь, шарахнулся назад и громко, отчаянно заскулил. Он так себя вел, когда был чем-то потрясен или сильно напуган.

– Бумс, фу! Как не стыдно! – прикрикнула Аня, гадая, что могло испугать спокойную в общем-то собаку. Вышла на крыльцо, глянула и сама чуть кубарем не скатилась со ступенек.

Костя удержал ее за плечо и помог спуститься.