Жизни и судьбы тех, кто ждал…

Прошло уже минут сорок с назначенного времени и Оксана уже сама сомневалась что девушка придет, как та вышла из леса будто из-под земли выросла.

– Ждете еще? Боялась, что уедете. Еле от отца отвязалась.

– У тебя есть что сказать? Говори быстрее. – Оксана нетерпеливо ее подгоняла.

– Есть. Но ты же понимаешь, все стоит денег. Даже ваша любовь.

– Не поняла, о чем ты? Тебе деньги нужны? У меня с собой их очень мало, всего 26 рублей.

– Мне деньги не нужны. Больно кулончик у тебя красивый и сережки в ушах.

У Оксаны из глаз брызнули слезы. Эти украшения подарок ее мужа. Но , желание узнать правду оказалось сильнее. Цыганка ловко спрятала украшения в кармашек платья и села на траву.

– Присаживайся и ты. В двух словах-то не скажешь. – Сорвав травинку, девушка начала ее жевать и молчала с минуту, видно собираясь с мыслями. – Ты разговаривала с моим отцом. Ты знаешь как живет наш народ? Для нас воровство – это норма. Но, в нашем таборе есть одно правило – никаких краж по дворам.

Мы предоставляем услуги , а нам за это платят. Вот и в вашем селе мы хорошо пополнили свой кошелек благодаря неразумной девушке Алене. Кстати, где она? Мы ее ждали в Глиняном, но она не пришла.

– В Глиняном? Это где?

– Это примерно 35 верст от вашего села на север.

– Мы даже не проезжали эту деревню.

– Это маленькая деревушка, не на всех картах ее еще и рисуют. Мы о ней знаем давно, там моя мама похоронена. Умерла от кашля. Навестить могилу решили, и Алену вашу дождаться. А она не пришла.

– Алёна умерла, ее отец забил вожжами. Между прочим, из-за вас.

– Нет, во всем виновата она одна. Значит слушай, дело было так. Мой дед сильно заболел, бабка моя попросила отца, главу нашего табора, остановиться в вашем селе, чтобы после кончины похоронить его там. Ему оставалось уже несколько дней, мы готовились к скорой его смерти как вдруг приходит ваша девица с моей бабушкой, та как раз в село за молоком ходила.

Бабка моя дала ей мешочек с травой и они еще о чем-то шептались.

О чем то они договаривались, я не слышала, но уходила девица довольной. Через три дня дед мой помер, тогда я увидела странную реакцию от бабушки – вместо того чтобы рыдать и плакать, она пошла к моему отцу, то есть своему зятю в палатку. О чем-то они долго спорили , а потом взяли тело деда, погрузили в повозку и вывезли из леса. Через некоторое время вернулись, а в повозке уже лежал спящий крепким сном мужчина. Мы тут же сорвались с места и уехали.