Волна

– И сейчас вы мне такой же судьбы желаете!

– Но ты вспомни каким был дед – он же был, мягко говоря, некрасив, беден… Всего добра с ним бабка нажила – это полный сундук тканей. Вот отец твой смог многого добиться. И замуж тебя выдает за достойного человека. Ты полюбишь его!

– Я люблю твоего отца. И этим все сказано. А ткани, кстати, ты с собой заберешь. Такие ткани еще лет пятьдесят хорошо прослужат.

***

Вечером, когда приехал помещик Алексеев, Ефросинья даже не вышла из комнаты. Она заперлась и плакала.

Затем стала все крушить вокруг от своей злобы. Добравшись до бабушкиного сундука, она вытаскивала оттуда ткани и рвала их на части. И вдруг на дне увидела маленькую шкатулочку. Рука сама потянулась к ней. Открыв ее, она увидела пожелтевший листок с аккуратным почерком, который она узнала – так писала ее бабушка. Ефросинья была грамотной девушкой и без труда смогла прочитать, что там было написано:

"Любимая моя внучка… Ты помнишь меня как старую сварливую старуху, и это правильно – жизнь сделала меня такой.

Прожив всю жизнь с нелюбимым, я перестала ее ценить. Но я не всегда была такой…

Моя ошибка была лишь в том, что в силу своего слабого нрава я не смела идти наперекор своим родителям и брак мой был устроен на дружбе и договоренности, ни о каком достатке и ни о какой любви не шло и речи. Я говорила с твоим отцом о твоей судьбе и надеюсь, он меня услышал и ты, читая это письмо, готовишься к свадьбе с любимым человеком. А раз ты открыла сундук, так оно и есть, ведь он идет как твое приданое, а значит, я смогу на небесах за тебя порадоваться.

Слушай свое сердце, не позволяй никому рушить твою мечту и сделать тебя несчастной. С любовью, твоя бабушка Елена."

Ефросинья, сжимая в руке письмо, закрыла глаза. Слушай своего сердце, не позволяй никому....

Она станет сильной, она выполнит последнюю просьбу своей бабушки, чего бы ей это не стоило.

Решительно подойдя к двери, она открыла засов и столкнулась нос к носу с Марией, служанкой.

– Ефросинья Андреевна, я принесла вам теплого молока, выпейте перед сном, завтра ведь такой трудный день.

– Мне надо уйти, прикрой меня, – прошептала девушка.

– Простите, я не могу. Мне строго-настрого велено за вами приглядывать, чтобы завтра вы с утра были готовы к венчанию. Ежели не досмотрю за вами, мне несдобровать – выгонят и всех делов. – Мария так же шепотом ей ответила.

– А записку ты передать сможешь?

– Я попробую. Конюху Степану передам.