Две половинки темной души

И все равно он сразу ее узнал!

Как и она его.

– Илья? – сказала она, подойдя. В интонации лишь намек на вопрос.

– Маша?

– Я тебя совсем другим представляла…

– И я тебя.

– Разочарован?

– Нет. А ты?

– Напротив. Я думала, ты страшненький. Потому что симпатичные ребята обычно такие… противные.

Кто бы знал, как Илье было приятно слышать это.

Он симпатичный!

Некоторые женщины говорили ему те же слова, но они его не трогали. Илья по поводу своей внешности иллюзий не питал. Знал, что она на любителя.

А если объективно, то ничего в ней хорошего нет. Заурядное лицо при неплохой фигуре и ужасных волосах. О, как Илья ненавидел свои волосы! Непослушные, жесткие, цветом напоминающие подгнившее сено. Летом, выгорая, они выглядели неплохо. Но зимой…

А с Машей они встретились в конце февраля.

– Куда ты хочешь пойти? – спросил у нее Илья. Он взял с собой все деньги, что были, и собирался повести девушку в ресторан.

– Давай просто погуляем?

Погода была не самой подходящей для прогулок.

Температура – плюс семь, тепло, но пасмурно, влажно, вот-вот дождь пойдет. Но Илья не стал возражать – пошел с Машей гулять. Они бродили по городу час, прежде чем она попросила напоить ее горячим чаем. Они зашли в первое попавшееся заведение, весьма затрапезное. Илья хотел сразу уйти, но Маша не посмотрела на обстановку, подошла к стойке и попросила чаю. Ей подали стакан с отбитым краем, в котором плавал пакетик с заваркой.

– Обожаю чай, – сказала она, сделав осторожный глоток.

 – Даже такой…

– Давай хотя бы пирожное тебе закажу? – предложил Илья.

– Спасибо, не надо. Я сладкое не люблю. Разве что клубничное варенье.

Илья тоже его обожал. Мать-покойница варила его изумительно. Ягодки не разваривались, но и не были жесткими. Упругие, нежные, они очень походили на свежие, только становились слаще.

Илья взял чаю и себе. Но с сахаром. Чай был ужасен, отдавал веником, но это не имело никакого значения. Рядом сидела Маша, довольно жмурилась, попивая чаек, и остальное было не важно.

– Молодые люди, покушать не желаете? – окликнула их буфетчица, женщина лет сорока.

Илья окинул критическим взглядом витрину, в которой стояли заветренные салаты, и покачал головой.

– Да ты рожу-то не криви, – сердито проговорила буфетчица. – Пирожки свежие есть. С пылу с жару. Хотите?

– Хотим? – спросил Илья у Маши. Она кивнула.

Пироги оказались удивительно вкусными. И на самом деле теплыми.