Исповедь отшельника

И стал спасать свою шкуру. Когда выбирался, наверняка поранился. Но не так сильно, чтоб в реанимацию попасть. Головушку разбил или лапку повредил и поехал в больничку. А там вдруг вспомнил обо мне. И набрал тебя.

– И больше ни разу. Ты тут уже двое суток. Я звонил ему все это время, телефон выключен.

– Володя же в реанимации, – насмешливо бросила Маша.

– Марли, ты же так любила его и не позволяла никому слова дурного отпускать в его адрес… Что случилось? Да, запаниковал парень. Бывает. Но ты просто монстром его выставляешь…

– Он бросил меня подыхать! В буквальном смысле!

– Не понял?

– Владимир перерезал страховочную веревку, чтоб я не утащила его за собой.

– Я ему башню снесу! – прорычал Бур.

– Не марай рук. Прошу.

На этом их разговор прервали, поскольку Маше требовались новая капельница и покой.

В больнице она провалялась почти месяц. Вышла из нее, опираясь на костыли. Владимир, что характерно, даже навестил свою невесту один раз. Недели через полторы после того, как Маша попала в больницу.

Сказал, что раньше не мог, был на грани жизни и смерти. Когда Марли провалилась, он изо всех сил пытался ее вытащить, но снес ногами стену, на него упали камни, один из них перебил веревку, он подал это так, как будто Маша не знала, как все произошло на самом деле, рассказывал, как сам едва уполз. Но до этого, конечно же, предпринимал несколько попыток по спасению любимой. И лишь когда они не увенчались успехом, стал пробираться к выходу.

– Что в сундуке было? – единственное, о чем спросила Маша.

– Ты не поверишь… – И Володя достал из сумки деревянную дощечку, на которой было написано: «Сие здание по проекту архитектора Фернандо Россетти было заложено в 1815 году от Рождества Христова».

Маша рассмеялась. Хрипло, громко. Звук получился такой, будто ворона в окно залетела и раскаркалась. Владимир недоуменно на Машу уставился.

Истерика? Да, это была именно она.

– Как в «Двенадцати стульях», – резко оборвав смех, проговорила Маша. – Помнишь дощечку в одном из них? – Володя кивнул.

 – Но мне наша с тобой история больше напоминает финал этого произведения. Киса перерезал горло Осе, чтобы заполучить сокровища, а ты перерезал веревку… И точно как Воробьянинов остался ни с чем!

– Маша, прошу, потише.

А она и не заметила, что перешла на крик.

– Что, стыдно? – Машу несло, и она не могла остановиться. Хотелось причинить Володе столько же боли, сколько он принес ей. Хотя она понимала, это невозможно.