Красавица-чудовище

– Ничего ты не понимаешь! Это не гадость, а вкусность. И полезность!

– А конкретнее?

– Проросшие ростки пшеницы и овса с щупальцами осьминога. Заправлено льняным маслом с соком лимона.

– Фу! – скривился Матвей. – Лучше бы заказала, как и планировала, мясо.

– И его заказала. Очень я голодная… – Она отправила в рот кусок осьминога и ожесточенно заработала челюстями – видимо, морского гада переварили.

Матвей глотнул воды и с тоской посмотрел в сторону кухни. Когда там его заказ принесут? Он тоже был голоден.

– Хочешь? – Виола протягивала ему вилку, на которую был нанизан кусок мяса осьминога и росток пшеницы (или овса?).

Он скривился.

– Да попробуй, вкусно.

Матвей подцепил зубами мясо, а росток оставил.

– Да, ничего, – вынужден был признать он, прожевав. – Только жестковато.

– Согласна. Передержали в кипятке.

– Как твои дела? – спросил Матвей, умыкнув с тарелки сеструхи еще один кусок мяса.

– Отлично.

– Не пиликай.

– Да правда… – Но тут же сдалась: – Кое-какие проблемы с работой.

– Серьезные?

– Скажем, средней тяжести. Сейчас у всех дела не очень. Кризис.

– Это да… – Матвей радостно подпрыгнул, увидев их официанта с подносом. – Вот только проблемы средней тяжести ты не заедаешь. И тем более не запиваешь. Ведь это уже второй фужер, я прав?

– Прав, – не стала отпираться Виола. – Только мой внутренний раздрай никак не связан с работой.

– С чем-то личным?

– Ни с чем конкретным. Просто тошно как-то. Если б я верила в предчувствие, то сказала бы, что дело в нем.

У меня вот тут сейчас… – Она приложила руку к груди на уровне сердца. – Душно! Вот как перед грозой бывает, понимаешь?

– Да. У меня такое тоже было.

– И?..

– Сходил к врачу, что и тебе сделать советую. Кардиограмму надо снять. У тебя наверняка сердечко начало пошаливать. – И, заметив, как сеструха недовольно поджала губы, добавил: – Я просто, как и ты, не верю в предчувствия.

Тут в сумочке Виолы запиликал телефон. Сигнал был отвратительный. Матвея передергивало, когда он его слышал.

Просил поменять, но Виола категорически отказывалась. Говорила, что другие просто не воспринимает.

– Алло, – проговорила она в трубку. – Да, это я. А с кем я…? О… – Глаза стали большими. – Здравствуйте… – Она напряженно слушала, постукивая вилкой по столу. Вдруг прибор выпал у нее из рук. – Что? Какой кошмар! – Лицо Виолы побледнело. – Да, да, конечно. Когда? Я хоть сегодня. Договорились. До свидания.

Она медленно опустила телефон на стол.