Любовь как война

Но если ему не встретилась женщина, с которой он бы хотел остаться на всю жизнь, то стоит ли горевать о том, что он так и остался холостяком? Жениться, чтобы через несколько лет развестись, Амон не собирался. Семья не работа, ее легко не бросишь.

Но Амон никогда не был один. Разве что месяц-другой. И то скорее по своей воле. Потому что с кем-то познакомиться для него не составляло никакого труда. Он был привлекателен, обеспечен, умен, общителен, уверен в себе. Причем с возрастом все эти достоинства только весомее становились.

И ладно бы интеллект и достаток: взрослеешь – умнеешь, хорошо работаешь – богатеешь, но Амон еще и выглядеть лучше стал. Лет до тридцати был худым, потом стал крепчать, обрастать жирком и мышцами. В итоге к сорока стал весьма фактурным мужчиной: крепко сбитым, мускулистым. Небольшой животик, широкие плечи, плавно сужающиеся к бедрам, ноги с хорошо накачанными икрами – фигура не модельная, но ладная. На нем хорошо смотрелись и джинсы с футболкой, и классические костюмы. Как сказала когда-то сестра Авдотья: Амон из породы тех немногих людей, кому идет лишний вес. Тем более его было не так уж и много.

Еще ему чрезвычайно шла седина. А морщинки у глаз делали взгляд лукавым. Сережка в ухе, которую Амон вставил шесть лет назад, находясь в Дамаске, придавала ему лихости. Последняя его пассия сравнила его с пиратом. Заметила, что образу соответствует и серьга, и фигура, и смуглое, будто опаленное солнцем лицо. Еще советовала сделать татуировку. Но Амон пока на это не решался.

Из ресторана он вернулся домой не поздно – в начале одиннадцатого. Долго не ложился спать. Отвечал на поздравления друзей в Интернете, параллельно смотрел какую-то комедию, пил чай. Пища в ресторане подавалась острая, и его мучила жажда. В итоге он засиделся до двух ночи. Когда лег, уснул не сразу. А все из-за того, что принять удобную позу мешал полный желудок.

Проснулся Амон в одиннадцать утра с лицом, отекшим после ночных чаепитий. Принял душ, побрился. Вместо кофе выпил кефира.

Яичницу с беконом (он умел готовить только ее и то умудрялся пережаривать) заменил творогом. Как ни любил он арабскую кухню, но на его желудок она тяжело ложилась.

Квартиру Амон покинул в час дня, чтобы съездить в спортзал. Жил он на третьем этаже и лифтом не пользовался. Проходя мимо почтовых ящиков, решил проверить свой. Реклама, реклама, реклама… Амон быстро просматривал яркие листовки, газеты и книжицы. Среди них нашел пару счетов, сунул в карман.