Наш грешный мир

– А я на другое и не претендовал, – сдержанно улыбнулся Андрей Геннадьевич. – Дело в том, что я… так сказать… имею нетрадиционную ориентацию.

– То есть вы гей?

– Никак не привыкну к тому, что современная молодежь считает это нормальным. В наше время приходилось скрывать свои наклонности. Даже жениться для виду.

– Сейчас это тоже практикуется. Но вы же были влюблены в Элеонору?

– Да. Долгие годы. Но все девушки, с которыми я знакомился, ей в подметки не годились. Я сравнивал их с Линочкой, и они переставали мне нравиться.

Потом познакомился с мужчиной, в котором было много того, что я хотел видеть в предмете своей любви: аристократизм, сила духа, красота. Мы стали встречаться, потом поселились под одной крышей, стали семьей… Увы, умерли не в один день. Мой любимый погиб двадцать три года назад, а я все еще копчу небо. Тогда Линочка очень поддержала меня. Если б не она, я бы с собой покончил.

– Если Элеонора так много для вас значила, почему не навещали ее в последние годы жизни? Она была совсем одна.

– Она разорвала все свои связи, когда съехала с квартиры на Арбате.

– Ее выгнала оттуда внучка.

– Не удивлен. Фрося мне никогда не нравилась. Самовлюбленная и зловредная. Она уже в юности была настоящей стервозиной. И считала, что все должны падать к ее ногам лишь потому, что уродилась хорошенькой.

– Она красавица, – вздохнула Аня. – Вся в Элеонору.

– Ой, да перестаньте. Ничего особенного! До бабушки Фросе, как до луны.

Как Ане ни было приятно слышать нелестные отзывы о сопернице (она до сих пор воспринимала Ефросинью так и ничего не могла с собой поделать), но разговор явно затягивался.

Старикам только дай волю, они часами будут вспоминать о прошлом, а Ане домой надо. Она вспомнила о том, что, собирая детей, забыла насыпать корма животным. Они там голодные, а это чревато. Пес измусолит очередные тапочки хозяйки, а кошки нагадят в их останки.

Андрей Геннадьевич заметил ее нетерпение и начал извиняться за то, что отнимает время.

– Вообще я хотел с Петром Моисеевым встретиться, – сказал он после. – Мне сказали, что его нет в офисе, и я приехал сюда, к дому.

– Откуда вы узнали, где мы живем? – напряглась Аня.

– Дал кое-кому денежку, и мне сообщили адрес.

– Кому?

– Анечка, какая разница?

– Секретарю? – У мужа была новая помощница – бессменная Катенька вышла замуж за грека и уехала жить в Салоники.

– Нет. В самой фирме со мной никто не стал разговаривать.