Мемуары мертвого незнакомца

Да, они тоже интриговали, но не так подло. И дружили по-настоящему, а не против кого-то, и искренне радовались чужим успехам. Не все, но многие. И сплетничали не зло…

Маша скучала по актерству. И первый год ждала предложений, готова была сорваться в любую минуту, уволиться в один день без выходного пособия. Но никому она как актриса была не нужна. Некоторые ее однокурсники в звезды выбились. Блистали на сцене и экране. И могли бы ей помочь, но… Не хотели! А вдруг затмит?

И Маша с годами перестала мечтать о сцене.

Влилась в «обычную» жизнь. И вроде бы получала от нее удовольствие. Но все же иной раз так тошно становилось, хоть вой. Кто-то сказал бы, надо было до конца бороться. Путь к успеху тернист. И, не изранившись, его не пройдешь. Маша же, едва уколов ноги, сдалась…

Но тот, кто сказал бы так, просто не знал всей правды. Ее не знал никто. У Маши была тайна, хранимая годами. Единственный человек, посвященный в нее, умер, ее бабушка. Похоронив ее, Маша и приняла решение свернуть с пути.

Глава 3

Она не спеша шла по проспекту Руставели и пила кофе. Третья чашка за утро! Перебор. Но что делать, если хочется спать?

Кофе был вкусный, хоть она его и купила в круглосуточной закусочной, но Маша не любила пить на ходу. Поэтому она села на лавку. До театра оставалось пройти всего ничего. Было еще рано. Все же жаль, что она так рано вскочила. И время убить нечем, и выглядеть в первый «служебный» день хотелось бы посвежей.

Сделав несколько глотков, Маша решила, что хватит с нее кофе.

Во рту стояла горечь. Она принялась искать глазами урну, чтобы выкинуть стаканчик, и тут…

Нет, такого быть не может!

По тротуару шагал… Давид! Нет, не может быть! Разве люди так кардинально меняются? Был башибузуком, а стал респектабельным господином? Просто похож! Рост, фигура, волосы, все как у Дато. А главное – походка. Быстрая, пружинистая, с энергичным покачиванием плеч… Походка головореза, а не респектабельного господина…

Значит, точно Давид!

Маша, нервно сжав стакан, вскочила.

Кофе выплеснулся из отверстия в крышке. Несколько капель попало Маше на юбку, но она не обратила на это внимания. Лучше явиться в театр в грязной одежде, чем встретиться с Давидом лицом к лицу…

– Маша? – услышала она сзади. – Ты?

Бежать дальше, притворяясь глухой? Глупо. Останавливаться, оборачиваться? Страшно. И Маша, завидев урну, бросилась к ней, как утопающий к спасательному кругу.