Призрак большого города

И несколько гектаров земли. Кроме того, в собственности у госпожи Мороз еще куча всего, и на счетах денежки имеются, в общем, сама понимаешь, завещать есть что…

– Понимаю.

– В первом документе она львиную долю имущества, а главное – свой концерн, отписывает сыну, а остальное делит между родственниками.

– У нее есть сын? И родственники? – несказанно удивилась Герда. Разве у Снежных королев бывает еще кто-то, кроме свиты и фаворитов?

– А что тебя удивляет? Иметь родственников – нормально. У большинства пятидесятисемилетних женщин имеются не только дети, но и внуки.

– Снежане пятьдесят семь? – еще больше поразилась Герда. Выходило, что она годится Косте не просто в матери, а почти в бабушки, ведь ему и тридцати не исполнилось.

– Да. Но это секрет. Мороз всегда тщательно скрывала свой возраст. Когда она со скандалом разводилась, считалось, что ей нет и тридцати, а было уже за сорок. Поэтому она сына не показывала прессе, чтобы не выдать своего возраста. «Мальчику» сейчас двадцать семь лет.

– И ему она оставляет свои миллионы?

– Оставляла, – поправил Лев. – А вот теперь, видимо, решила изменить завещание. Но сама приехать в контору не может – болеет. Причем, по ее словам, серьезно. Утром прилетела из Швейцарии, где лечилась.

– Что же с ней такое?

– Да, скорее всего, очередную подтяжку сделала! Но я верю своим клиентам на слово. Вернее, делаю вид. Короче, Снежана просит меня явиться к ней в дом в шесть вечера. Машину она пришлет. – Он вопросительно глянул на Герду: – Так ты согласна поехать? Я понимаю, сегодня пятница, и у тебя могут быть свои планы…

– Я поеду.

– Вот и отлично. Тогда иди к себе, работай и жди моего звонка.

Герда удалилась в свой кабинет, но работать не смогла. Все ходила из угла в угол и ждала, ждала…

Глава 8

Замок Снежной королевы был огромен, красив и так же холоден, как поблескивающий на голых ветках окружающих его деревьев иней. Пока лимузин медленно ехал по аллее к дому, Герда смотрела в окно и поражалась.

Машина подкатила к крыльцу, Карелин с помощницей вышли, поднялись по ступенькам. Дверь перед ними тут же распахнулась. Ее открыл седоусый швейцар с красивым морщинистым лицом. Он впустил Карелина и Герду в дом и провел в кабинет хозяйки. Ни единого слова старик при этом не проронил.