Сердце Черной Мадонны

– Давай встретимся.

– Чтоб ты меня еще раз избил?

– Я не бил тебя, я дал тебе пощечину!

– Это, конечно, все меняет… – с издевкой хмыкнула она.

– У нас сегодня годовщина свадьбы. Ты помнишь?

– Нет! – поспешно соврала Ирка. На самом деле она, конечно, помнила. – А теперь давай закончим разговор… Ты мне до смерти надоел!

– Ну а вещи ты забрать не хочешь?

– Подавись ты ими!

– Ира, я уезжаю, приходи, забери вещи.

– Куда намылился? – грубо спросила Ира.

Ох, знал бы Бэк, чего ей стоила эта бравада!

– Без тебя пребывание здесь не имеет смысла, я уезжаю в Москву. Но если ты вернешься…

– Забудь, парень, через час я приду за чемоданом!

Через час она действительно пришла. Открыла дверь своим ключом и решительно шагнула в дом. В прихожей было темно, зато лестница, ведущая наверх, оказалась освещенной дюжиной разноцветных фонариков. Они зазывно подмигивали Ирке, как бы приглашая ее подняться по ступенькам на второй этаж.

Поняв, что Бэк ее обманул, она хотела развернуться и уйти, но что-то ее остановило: то ли любопытство, то ли желание испытать себя на прочность. Решительно шагнув на первую ступеньку лестницы, она стала стремительно подниматься.

Холл второго этажа оказался украшен не только огнями, но и цветами. Огромные охапки любимых Иркиных хризантем торчали из напольных ваз. Из хризантем же были изготовлены развешанные по стенам гирлянды.

Цветы удивительным образом преображали темноватое помещение, делая его не просто нарядным, а даже помпезным. И это Ирке не очень понравилось. Красиво, конечно, но совсем не соответствует случаю!

– Бэк! – позвала она мужа из холла. – Ты где?

Вместо ответа она услышала музыку. Зазвучал Штраус (естественно, Штраус!). Звук лился из каминной залы. Но при этом света в помещении не было.

– Бэк! – сердито крикнула Ирка. – Что за сюрпризы идиотские?

И она, раздраженно тряхнув головой, вошла в залу.

Едва Ирка переступила порог, как свет озарил помещение, и она увидела… небольшую, но тесно сбившуюся группу! Не веря глазам своим, Ирка заморгала, желая прогнать наваждение. Но люди не исчезли. Они продолжали находиться в празднично убранном помещении и радостно улыбались ей. Тут были все ее друзья, все, с кем в последние годы свела ее судьба.