Земля перестанет вращаться

У Романа было не так много опыта сыскной деятельности, всего восемь лет, у того же Митяя на четыре года больше, и он не особо доверял интуиции, или нюху, как сказали бы старички…

Но сейчас он именно нюхом чуял, это след!

– Позвони бате, спроси, далеко ли он, – бросил Роман товарищу.

– Если за рулем, не возьмет трубку, а как подъедет, сам позвонит. Но, скорее, просто зайдет в кабинет. Он знает номер.

– Тебе чай заварить?

– Не, мне кофе.

– Тогда сам. – Роман вытряхнул из кружки спитую заварку и засыпал свежую.

 – У меня много вопросов по теме, обсуждаемой нами ранее, но есть главный – откуда взялся подражатель, если о Казачихе никто не слыхивал?

– Думал об этом. Есть варианты.

– Озвучь.

– А ты мне кофе все же сделай. Трудно тебе, что ли?

– Тебе задницу от стула оторвать тоже не трудно, – проворчал Роман, но все же заварил коллеге бурду с красивыми словами в названии на пачке – «арабика», «элит», «баристо». – А у меня тоже варианты имеются. Первый: если подражатель существует, то он родственник или близкий знакомый Казачихи.

Человек, который в курсе событий. Единственное, что смущает, – это почему он так долго ждал своего выхода на сцену. Почти тридцать лет прошло с тех пор, как маньячку посадили…

– А если он был мал тогда, когда она совершала свои преступления? Себя до конца не осознавал, но все записывал на подкорочку?

– Как ты, когда подслушивал разговоры отца с коллегами?

– Теоретически. Но я-то – дитя стража правопорядка, а он-она – убийцы…

– У Казачихи были дети?

– Не знаю.

Я поделился с тобой всей информацией, которой владел. Сейчас батя придет, расскажет остальное. А может, и покажет что-то.

– В каком смысле?

– Дело Казачихи стало для него главным в жизни. Не личной – ментовской. Он был практически одержим. Мама даже развестись хотела тогда. Вот вроде пенсия, уходи, а он не только не уходит, но пропадает на службе сутками – ищет душительницу. Поэтому я бы не удивился тому, что батя сохранил какие-то материалы… На память!

– Жду не дождусь его приезда.

– Чьего? – донеслось со стороны входа. Рома с Митяем не услышали, как отворилась дверь и не увидели, как в кабинет зашел старший Комаров.

Глава 7

Паша плелся от метро к своему дому. Дорога занимала десять минут, но он не торопился, растягивал ее до пятнадцати. Проходя мимо забегаловки, на крыльце которой пьяненькие мужички курили, приостановился. Он не употреблял алкоголя вообще.