Шепот горьких трав

– Научишься.

– Ты никогда не был таким настойчивым. Что с тобой?

– Я, дочка, тоже графоманил когда-то, – признался отец. – Рассказы писал, повести. Как и ты, исторические. Только про любовь у меня совсем не получалось. Но и без нее интересно было, как мне кажется.

– И ты никому не показывал свои произведения?

– Нет. Мы с тобой похожи. А сейчас думаю, почему я в журнал не отправил хоть один рассказ. Вдруг напечатали бы. Но в свое оправдание могу сказать вот что: мать меня застращала «нехорошим» происхождением.

Велела не высовываться. Даже фамилию мне свою хотела дать, да я заартачился. В глубине души гордился ею. И нехорошим происхождением. Но сейчас другие времена, дочка. Ты можешь делать это открыто. Прославлять ее, нашу фамилию.

– У меня не получится, па.

– А ты попробуй.

Не веря в успех, Арина все же решила последовать совету отца. И следующий роман отпечатала на машинке (первое время одним пальцем тыкала и жутко злилась). Ее она не покупала, а взяла напрокат. Получилось два экземпляра.

Один Арина оставила у себя, второй отнесла в издательство. Все равно выкинут, так к чему делать больше копий? А компьютер покупать и подавно ни к чему: в те годы это была роскошь, позволительная только богатым.

Как и ожидалось, Арине из издательства не позвонили. И она поехала забирать рукопись, хотя была уверена, что ее не отдадут, потому как она давно на помойке. И в одном не ошиблась: распечатку романа она назад не получила. А все потому, что она лежала на столе у главного редактора, к которому ее тут же провели.

– Это вы написали? – удивленно воскликнул он после того, как поздоровался и пригласил сесть.

– Да.

– Подумать только. Я представлял себе возрастного автора, а вы совсем девочка. Как вас зовут, душа моя?

– Арина Камергерова.

– По паспорту? – Девушка кивнула. Она была смущена и немного напугана.

– Класс! Может, вы еще и из благородных?

– Мой прадед был графом. Он в 1917 эмигрировал из России, бросив семью тут.

– Все как в книге! – воскликнул редактор и шарахнул ладонями по подлокотникам.

Арина вздрогнула. – Это ж какую пиар-кампанию можно замутить! Сейчас аристократизм в тренде. У вас ничего фамильного драгоценного не осталось? – Она хотела ответить отрицательно, но ему уже было неважно. – Впрочем, плевать. Нужно будет – найдем. Другой вопрос у меня к вам. Много у вас таких книг?

– Вообще у меня еще две есть, но там действия разворачиваются в другие времена.

– Но жанр, жанр? Тот же?

– Вроде.