Сказ про Ваньку, про Илью-оборотня и про Фаню-хранительницу

Никакого грохота и дыма или прочих устрашающих явлений не было: она просто стала медленно проявляться на поляне, пока не показалась полностью. Увидев, что появилась чуть дальше, чем сидели мы, женщина с тяжёлым вздохом заковыляла к нам.

Когда она подошла и, кряхтя, присела возле меня. От неё пахнуло душистым мхом и сосновыми шишками, словно старуха только что лежала на лесной подстилке. И я догадалась: запах – её собственный, пропитавший тело и душу после выбранной жизни в лесу. Стало грустно. Ведь такой выбор подразумевал отказ от всего: никаких привязанностей, никакого общества, никаких радостей жизни – только изоляция и отчуждение.

Простыми словами, теперь и мне предстояла полная одиночества жизнь.

Ведьма долго сидела молча. Её голова была склонена к ручейку, журчащему размеренно и усыпляюще. Она вслушивалась в тихое рокотание, словно он шептал какие-то важные слова. И, думаю, это было действительно так. Потом она резко повернулась, пристально всматриваясь уже в мои глаза.

– Ты его тоже любишь, – внезапно сказала она.

Слова хлыстом стеганули по сердцу, но я постаралась придать лицу холодное выражение, чтобы ведьма не догадалась об истинности своего предположения.

– Ой, вот не надо, по тебе и так всё видно, – она пыталась вызвать меня на откровенный разговор, но я молчала. Не хотелось бередить рану ещё больше. Ведьма продолжала:

– Тебе эта привязанность сильно помешает на службе, но благодаря ей ты поймёшь всю важность предназначения. Думаю, тебе не стоит упрямиться: можешь подарить своему избранному ещё денёк.

Но после я жду тебя, сильно не задерживайся. У тебя очень много работы.

Старуха не без труда поднялась и исчезла.

Итак, я получила отсрочку, по прошествии которой мне всё равно предстояло найти поляну, где живёт Хранительница Леса, и посвятить себя чему-то важному. Грусть понемногу отходила. Эта встреча давала понять, что и ведьме не чужды нежные, земные чувства. Вероятно, за столько лет она не превратила своё сердце в камень и понимает каково это – любить и быть желанной.

Именно это и успокаивало, вселяя уверенность, что не всё потеряно в человеке. В любом.

Очнувшись от недолгого забытья, Хотен крепкой рукой схватил моё запястье, словно проверяя, на месте ли я. И только после этого его глаза открылись. Он не желал меня отпускать, однако принимал мой выбор.

Мы провели чудесный день: питались ягодами, волшебным образом появляющимися на поляне, купались в роднике, а затем обсыхали на жарком солнце.