Время небытия

– Зачем ты пришла сюда? – повторил он, держа её в руках и не отпуская. – Ты и сама не знаешь, чего хочешь, ты ищешь новых ощущений, ты хочешь обрести смысл жизни, а сама попусту растрачиваешь время. Покорись мне, и я подарю тебе новый смысл. – Он хищно улыбнулся, обнажив длинные клыки.

По залу пронесся порыв ветра, задув все свечи и оставив зал во тьме. Музыка стихла, напряжение в воздухе достигло апогея. Пётр склонился над Софи, и та тихо постанывала от наслаждения, откинувшись на спинку дивана.

Анна запаниковала, всё внутри неё сопротивлялось попытке вторжения в её тело.

– Я запрещаю тебе пить свою кровь, – прошептала она, потеряв разом все силы от страха, завладевшего ей.

– Не стоит сопротивляться, – свирепо прорычал Роберт. – Ты сама пришла ко мне, и теперь я возьму тебя, хочешь ты этого или нет. Вернее, ты захочешь, многие сначала ломаются, а потом возвращаются к нам снова и снова. – Он кивнул на Софи, которая полностью отключилась от происходящего, находясь в блаженном экстазе.

Но Анна продолжала метаться в его руках, пытаясь высвободиться из его хватки и протиснуться к выходу.

И Роберт окончательно рассвирепел.

– Детка, – прошипел он, – прекрати немедленно. – Он повалил её на диван и потянулся клыками к тонкой коже на шее. Анна вскрикнула от ужаса. Клыки были всё ближе, мускусный запах плоти, её собственный, сочащийся страхом, усиливался. Зажмурив глаза, она приготовилась к самому худшему, и тут Роберта мощным рывком подняли с неё и отбросили в сторону.

– Что здесь происходит? – новый голос казался неожиданно знакомым.

 – Наш устав запрещает пить кровь против воли человека. Я требую объяснений.

– Она сама пришла сюда, – оправдывался Роберт. – Она была в курсе того, что здесь творится, она пахнет хозяином, так, по-моему, она просто ломалась. Зачем ты мне помешал? Я уже почти взял её крови, и, я уверен, она бы тут же подчинилась мне.

Анна решилась открыть глаза. Роберт болтался в полуметре от пола, его пригвоздила к колонне сильная рука.

Это была рука Александра, её ночного знакомого и героя её романтических грёз, и сейчас он был в ярости.

– Это мой клуб, и я запрещаю в нём насилие. Я выясню, сколько раз ты нарушал устав подобным образом, и тогда берегись, тебя вышвырнут отсюда навсегда. – Роберт угрюмо склонил голову. – Что же касается хозяина… ты глупец, если не смог распознать запах. Её хозяин – я, и я запрещаю тебе к ней прикасаться. Не смей даже приближаться к ней, иначе наживёшь себе врага.