Играй!

Молча развернувшись, зашагала на постамент, где находились ступеньки, и заметила, что не только мне Дмитрий Леонидович дал установку – «подниматься» – с другой стороны зала королевской походкой приближалась Катя Смирнова… теперь уже Зверева. Миловидная блондинка вела за собой нашу рыжую «бестию», шипящую сейчас в недовольстве похлеще рассерженной кошки.

– Я не согласна участвовать в этой работорговле! – расслышала причину возмущений Дементьевой, приблизившись к парочке красавиц.

– Яна, тише. Тебя все слышат…

– Кто?! Я никого не вижу! А если не вижу – мне плевать, кто и что обо мне думает, и чего он там слышит!

– Привет, – улыбнулась я, несмотря на то, что и мою улыбку очаровательная спасительница моей племянницы и и её немного старшего друга ей не увидит. – Смотрю, ты везде пытаешься найти плюсы, Янчик?!

– О! Ташкевич! Привет! – сразу же вильнула головой Дементьева, превосходно сориентировавшись по звуку моего голоса.

– Не обязательно, – выпучила глаза Катя, жестами прося подыграть. – Не факт, что Дмитрий Леонидович…

– Ой! – махнула Яна, скривив губы. – Молчи. Я же не дура! У меня зрение пропало, а не мозг! Нет, ладно, вы уезжаете, но зачем было просить за меня этого перекормленного молодильными яблоками хрыча!? Ещё и ребёнка подговорили на уговоры! Варвары! Дегенераты! Знали, что я крестнику отказать не смогу… Всё! Катерина – это крест на нашей дружбе!

Зверева приложила ладонь ко лбу, возведя глаза к высоким потолкам огромного зала, будто бы вопрошая – за что ей всё это.

Решила помочь несчастной:

– Янчик, чего ты так разбушевалась? Я думала, что у тебя на дядю Диму зуб… а теперь вижу, что ничего подобного… – Дементьева задохнулась от гнева, поэтому я поспешила продолжить: – Ты только представь, какие для тебя горизонты открываются! Сколько можно всего сделать! Как изысканно отомстить… – Дементьева сдулась, а Катя насупилась, обиженно поджав губы, но всё-таки промолчала.