Академия хаоса. Лабиринт стихий

Это было так восхитительно: чувство полета, ветер в волосах, объятия…

– Как тебе? – поинтересовался Кевин, осматриваясь. – Я люблю здесь бывать.

Мы очутились на крыше академии, в самом центре звезды, что расходилась в стороны шестью лучами. Каждое крыло академии было оформлено в своем стиле, но здесь, наверху, все они были одинаковыми.

– Очень красиво, – честно ответила я, глядя на парня.

– Итак, Арнелла, – Кевин сел на край крыши, выходящей в сторону, где вдали блестело море, и свесил ноги, – что ты делала на карнизе женского общежития?

Я осторожно присела чуть позади, держась подальше от края.

– Убегала от мамы, – вздохнула я.

Раздражение и злость схлынули, и на их место пришло понимание того, как глупо я поступила. Я ведь могла разбиться. Если бы не Кевин.

– Мне это знакомо, – он не стал насмехаться и понятливо улыбнулся. – Моя мать тоже та еще мегера. Дай угадаю, она забраковала всех твоих женихов? И поэтому ты все еще в академии? Уверен, тебя осыпали сотнями предложений.

– Моя мама была бы счастлива, если бы я приняла одно из них, – ответила я, польщенная его предположением.

 – Она боится Лабиринта.

– Вот как? – удивился он. – Выходит, это ты не хочешь замуж?

– Не то чтобы не хочу, – ответила я. – Хочу, наверное. Но не так.

– Ты уже в кого-то влюблена? – Кевин бросил на меня пытливый взгляд.

– Нет, – ответила я. – В том-то и дело.

Он кивнул, и я, почувствовав наконец поддержку, на одном дыхании выпалила:

– Почему мужчин не заставляют запечатываться? Почему женщины лишь средство для воспроизводства других магов? Почему нас считают такими слабыми?

– Напротив, – спокойно ответил Кевин, вновь поворачиваясь к морю и жмурясь от солнца, к которому протянула лапу сизая туча.

 – В том-то и соль, что женщины-маги очень сильны. В женщинах обычно куда больше хаоса, и удержать его сложнее. Ты ведь знаешь, что за Стеной?

– Хаос, – ответила я. – Ты уже был там?

Кевин кивнул, и его лицо омрачилось.

– Наш мир упорядочен и живет по своим законам, которых в хаосе вовсе нет, – сказал он.

 – Там все не так. И это сотворила женщина. Она сражалась плечом к плечу со своим любимым, и когда он погиб, выплеснула всю свою ярость и боль. Все, на что была способна. Она сожгла саму ткань мироздания.

– Она была огневичкой? – отчего-то шепотом спросила я.

– Да. Правда, что у вас на потоке есть девушка с наследственностью огня? – с любопытством спросил Кевин, поворачиваясь ко мне.

– Правда, – ответила я.