Поцелуй на краю ночи

Можно бы показать удостоверение, но потом куча бумажной мороки… Выйдя из машины, он обогнул ее и, открыв багажник, достал яркий худи. Натянув его поверх рубашки, растрепал волосы и, сплюнув на ладони, пригладил пряди, чтобы выглядели слегка засаленными. Из реквизита выбрал беспроигрышный вариант для вечеринок.

Когда дверь открыла высокая темноволосая девушка, Лютер приветливо улыбнулся.

– Доставка, – объявил он, похлопав пальцами по бочонку пива на плече.

– Я не заказывала, – отрезала она. – И вообще-то вечеринка заканчивается!

Девушка повысила голос и обернулась, но гости вряд ли уловили ее намек.

– Оплата прошла из вашего дома.

– Уже оплачено? – уточнила она.

– Да, – кивнул Лютер и, состроив печальную мину, пожаловался: – Тяжелая зараза.

Вздохнув, девушка посторонилась.

– Входите. На кухню отнесите, пожалуйста, направо. Сейчас, чаевые…

Она отвернулась к гардеробу, а Лютер, перешагнув порог, всучил бочонок проходящему мимо парню, а сам, оглядевшись, быстро взбежал по узкой винтовой лестнице, вкручивающейся на второй этаж.

– Куда? – послышался окрик, но он не обратил внимания.

Рокси была где-то здесь, за одной из этих дверей. Ее нежный цветочный аромат еле улавливался, забитый парами алкоголя, острым запахом чипсов и пота. Крики, шум, чьи-то бесстыжие причмокивания… Он уже и забыл, какой вообще смысл в поцелуях.

– Там доставщик какой-то псих! – выкрикнула девушка снизу. – Парни! Он притащил бочонок пива и побежал наверх!

– Пиво! – раздался нестройный хор голосов.

 – Энди, тащи сюда…

Лютер шел по коридору, толкая дверь за дверью.

– Эй!

Защелка вылетела, и по косяку побежала трещина, а парочка в кровати судорожно натянула покрывало. Волосы у девушки были клубнично-розового цвета.

– Извините, – процедил Лютер и толкнул следующую дверь.

В девичьей спальне с обоями в мелкий цветочек было открыто окно, и воздух пах влажной листвой и цветами как в парке. Рокси лежала на кровати и, кажется, спала, а по ее телу жадно шарил ладонями какой-то парень в одних трусах.

Лютер сгреб его за темные лохматые патлы и отбросил прочь так, что тот шваркнулся об стену. Кубки за достижения в художественной гимнастике со звоном рухнули со стеллажа.

Лютер целомудренно прикрыл грудь Рокси, подтянув платье, просунул руку под лопатки. Парень, которому полагалось бы лежать в отключке, швырнул в него кубком, и Лютер едва успел отклониться.

– Интересно, – пробормотал он.