Стань моим мужем, дракон!

Можно, конечно, отрезать руку…

Геррах выразительно на него глянул.

– Тогда огонь, – продолжил Эврас. – Вы не боитесь огня, мой господин, этот момент могли не предусмотреть. На кухне большая печь. Надо пробраться туда незаметно, сунуть руку в пламя и немного подождать. Металл оплавится, магические руны повредятся – свобода.

– Она сказала, я не смогу испортить ее имущество, – вспомнил Геррах. – Что, если не выйдет?

– У вас есть другой план?

– Самый очевидный и легкий – довериться девчонке и отбыть здесь год.

А потом она обещала меня отпустить. Я выкуплю тебя, и мы вернемся домой.

– Чудно! – просиял Эврас.

– Издеваешься? – возмутился Геррах. – Целый год на рабских харчах!

– Здесь отличные харчи, господин!

– К тому же она запросто может обмануть и перепродать нас кому-то другому. Нет, надо найти способ убраться отсюда пораньше, но этот паршивый браслет держит меня на привязи, как собаку. Давай так: ты сбежишь, отправишься домой, соберешь воинов…

– Сам? – ужаснулся Эврас.

 – Через перевал? Через посты песчаных? Вы слишком верите в меня, мой господин.

– Можно украсть золото у девчонки, – предложил Геррах. – Потом наймешь охрану. Поедешь как купец или странствующий ученый.

Эврас, вздохнув, погладил лысину.

– Воровать – нехорошо, – проворчал он. – Госпожа Амедея могла и не покупать меня, однако проявила добросердечие…

– Она хитрая змея, – отрезал Геррах. – А если ты так терзаешься муками совести, то вспомни, что это песчаные напали на нас, это они сковали меня магической сетью, не дав обернуться полностью, это они…

Он не смог заставить себя произнести жестокие слова, но лопатки отозвались жгучей болью – и вовсе не оттого, что он приложился о бортик бассейна.

Ему отрезали крылья в момент оборота. Он потерял свою вторую ипостась. Своего дракона.

Иначе разнес бы этот белый дом, не оставив камня на камне, и быстро показал нахалке Амедее кто тут настоящий хозяин.

– Я попытаюсь разузнать, где она хранит сбережения, – неохотно согласился Эврас.

 – Тем более она купила меня за умение считать, представляете? Я, казначей великого правителя красных гор, то бишь ваш, – раб-счетовод.

– Я вообще фальшивый жених, – ухмыльнулся Геррах. – Девчонка хочет отвадить с моей помощью дядю, вознамерившегося пристроить племянницу в щедрые руки.

– Госпожа Амедея очень красива, – заметил Эврас.

– Что есть, то есть, – согласился он. – Но это не имеет никакого значения. Главное – держи язык за зубами.